Книга Леди горничная принца-дракона, страница 25 – Стася Лис

Но Кайрос меня удивил. Он не стал увиливать. Не стал требовать доказательств родства. Он оплатил первый месяц содержания мамы в стационаре, а затем повёл меня в Совет Семерых.

От Драконьей Залы я ожидала большей помпезности. Золото, мрамор, дорогие сорта дерева — всё это было. Но основной акцент делался на натуральности, естественности. Стены оплетали дикие лианы, создавая ощущение, что ты находишься не в огромном замке, а заходишь в дикие леса. Зелень была повсюду. В основном папоротники. Пели живые птицы. Могу поспорить, что одну из них я даже успела заметить среди листвы.

Зал заседания был выполнен из вулканического камня. Серый, холодный, с яркими оранжево-красными прожилками застывшей лавы, что больше напоминали вены чего-то древнего и спящего. Я невольно засмотрелась, остановившись в дверях. Но Кайрос мягко подтолкнул меня вперёд.

За высокой кафедрой сидели семеро драконов. Те, кто правил и драконами, и людьми до появления Двадцати Домов. Под их взглядами я стушевалась, но встала за отведённую мне трибуну. Кайрос сказал, что волноваться мне не о чем. Мол, они не так плохи, как кажутся. Вот только они могли быть добры к нему — ведь Кайрос чистокровный дракон. Какую бы ошибку он ни совершил — ему автоматически она прощалась. А я была полукровкой, бастардом, объявившимся спустя восемнадцать лет. Для них я не представляла никакой ценности — в отличие от отца.

Мне не было обидно… если только чуть-чуть…

— У неё нет рогов, – заметила единственная драконица среди семерых.

Лириана Эстравель заменила своего покойного мужа более трёхсот лет назад. Сыновья её погибли в сражении за Тихий Перевал в войне против маленького, но воинственного на тот момент государства — Вейгсол. Больше мужчин в её роду не было — либо они занимались своими землями.

— У полукровок такое бывает, – отозвался Равель Ксандериус.

Он был владыкой Большого Моря. И единственный, кто не присутствовал в Драконьей Зале постоянно, предпочитая странствовать, а не засиживаться на одном месте. Благодаря ему было открыто большинство земель за последние пятьсот лет.

— Да, но очень редко, – возразила Лириана. – В основном хотя бы маленькие, но появляются. Взять, например, сына Амати. У каждого из трёх его детей есть маленькие рожки. Но у неё явно преобладают человеческие гены. Это редкость. Обычно гены дракона сильнее.

— Возможно, таким образом Святой Файрох не дал благословение этому ребёнку, – холодно проговорил Сарвион Дейлор.

Он был самым древним здесь. Седые пряди органично смешивались с насыщенно-чёрными густыми волосами — и на голове, и в бороде. Его глаза были подобны тьме Разлома, из которого невозможно выбраться. И он не сводил с меня пристального взгляда, словно пытался залезть в душу. Меня обдало холодом. В этом не было ничего хорошего. Я ему явно не нравилась.

— Не говори глупости, Сарвион, – осадила его Лириана. – Любой, кто родился под небом Астора, получает благословение Файроха автоматически.

Сарвион только хмыкнул, но спорить с ней не стал.

— Итак, дитя, – обратилась ко мне Лириана, мягко улыбнувшись. – Чего ты хочешь?

Тут уже вступил Кайрос. Он сделал шаг вперёд, склонил голову перед Советом.

— Это я хочу, чтобы Селену признали мне дочерью. Я не прошу о наследовании для неё фамилии или герба своего рода. Но провести ритуал «Признания» вы можете.