Книга Жена из прошлого, страница 34 – Валерия Чернованова

Шанетт пыталась возобновить обсуждение моей персоны, но всякий раз Эндер незаметно возвращал её к теме курорта. А когда моя тарелка опустела (почти мгновенно), он залпом допил то, что ещё оставалось в его бокале, и поднялся:

— Благодарим за прекрасный ужин и отличную компанию. Раннвей, любимая…

Вот «любимая» точно прозвучало фальшиво.

Он протянул мне руку, я, разумеется, тут же поднялась, а Шанетт расстроено пробормотала:

— Но ведь ещё так рано. Мы бы могли прогуляться и…

— У меня завтра много дел, да и у Раннвей будет насыщенный день. Не стоит расстраиваться, леди Флеминг, в будущем вас ждёт немало прогулок.

Улыбка дракона подействовала на Шанетт обезоруживающе. Она вздохнула, но уже без огорчения, и пожелала нам доброй ночи. К пожеланиям присоединился и её муж, который, стоило нам попрощаться, подозвал официанта и попросил алкогольной добавки.

Мы же направились к левитационной платформе. К лифту, короче.

— Кстати, о добавке… — Я с мольбой посмотрела на Делагарди. — Мы можем заказать еду в номер?

— Уже, — обрадовал меня предусмотрительный дракон, и вечер тут же заиграл новыми красками.

— И тех пирожных тоже. Три… нет пять!

Эндер улыбнулся и, остановив пробегавшего мимо официанта, что-то шепнул ему, после чего повернулся ко мне со словами:

— На всякий случай принесут и мороженое.

Ладно, возможно, этот дракон не такое уж и чудовище.

* * *

Уснули мы поздно. Я — на мягкой перине, Делагарди — на жёстком полу. Не знаю, в чём причина (не то в выпитом шампанском, не то в заказанном в каюту ужине, который без Шанетт и Лейфа показался мне необычайно вкусным), но я испытала острый укол совести, глядя на устраивающегося возле кресла дракона. С подушкой и одеялом, но всё же не сравнить с удобным матрасом.

Потом, когда свет погас и комната наполнилась тенями, рождёнными лунным мерцанием, ещё долго ворочалась, опять же из-за острых уколов совести.

— Тебе там удобно? — приподнявшись на локтях, спросила полусонно.

Он не ответил, и я решила, что уснул. По крайней мере, надеялась, что с горем пополам сумеет отдохнуть.

За ужином номер два я поняла, что Эндер Делагарди плохо знал свою жену, если не сказать больше — они были едва знакомы.

— Ты её совершенно не знаешь! — уплетая пирожные, упрекнула теперь уже своего как бы мужа. Временного. Недолгосрочного.

Хотя год — достаточно долгий срок.

— С чего ты взяла? — поднял он на меня взгляд.

— Ты рассказываешь лишь поверхностные факты, но мелочи тоже немаловажны. Как говорится, дьявол кроется в деталях.

Дракон нахмурился, явно не поняв смысла земного выражения.

— Не бери в голову, — отмахнулась я и, отодвинув пустую тарелку, подхватила ещё не пустой бокал. — Что она любила? Были ли у неё хобби, увлечения?

— Ей нравились… украшения, — не слишком уверенно отозвался эйрэ.

Такое ощущение, будто ляпнул первое, что пришло в голову. Раз женщина, значит, априори должны нравиться украшения.

— Какой её любимый цвет? А аромат?

— Уж это точно не имеет значения, — с лёгким раздражением отозвался Эндер.

— Зря ты так, — покачала я головой. — Никогда не знаешь, в какой ситуации окажешься и на какие вопросы придётся отвечать.

В ответ он неопределённо хмыкнул, как бы говоря, что любимыми цветами Раннвей уж точно никто не станет интересоваться.