Книга Охотники и чудовища, страница 131 – Валерия Чернованова

Рейкерд, понятное дело, не слышал комментариев Сандера, что не мешало тому болтать в свое удовольствие, сыпать остротами и ядовитыми замечаниями в мой адрес. В этом они с Мороком были похожи.

Я хмурилась, боялась, а еще… недоумевала. Ну, вот как так? Я ведь не наобум хожу, честно стараюсь просчитывать и свои, и его ходы. Неужели он настолько хорош в шахматах, а я настолько плоха? А ведь Олег всегда хвалил меня… Да что там! Пару раз я даже у него выиграла, профессионального, между прочим, шахматиста.

Нет в этой жизни справедливости. По крайней мере, ее точно нет на Шаресе.

Словно услыхав мои мысли (я даже испугалась и поспешила укрепить блок, как и учил меня Морс), коршун снисходительно отметил:

«Девчонка, конечно, неплоха. И где только научилась так играть? Но никакие таланты не могут противостоять иллюзорным чарам — беспроигрышный вариант в любой партии».

Иллюзорные чары, значит? Ну, знаете ли…

Я стала внимательнее всматриваться в фигуры, едва ли не пожирая каждую взглядом. Смотрела до рези в глазах, до испарины на висках, пытаясь понять, где меня обманывают. В какой-то момент, перед тем как этот мухлевщик сделал очередной ход, воздух над шахматной доской как будто дрогнул. Лишь на долю секунды, но я все равно успела заметить, уловить это подозрительное колебание, в результате которого еще одна моя пешка бесславно покинула поле боя. Я готова была поклясться, хоть всеми хальдагами разом(!), что там, откуда Рейкерд ее забрал, ее до этого не было.

Ну все, удачи мне.

— Ваше величество играет нечестно. — Мои слова прозвучали как гром среди ясного неба.

«Статуи» в глубине спальни тревожно зашевелились, зашептались.

— Вы меня в чем-то обвиняете, Филиппа? — Уголков губ Каменного короля коснулась ироничная улыбка.

— Именно. В применении иллюзорных чар.

«Ах ты ж…»

Далее шло нецензурное выражение, на котором я не стала задерживаться. Больше не бросала на вейра взгляды, в упор смотрела на Рейкерда.

Король снова усмехнулся, только на этот раз как-то нервно. Залпом допил то, что еще оставалось на дне бокала, со стуком вернул его обратно и насмешливо поинтересовался:

— Полагаете, я не в состоянии выиграть у какой-то соплячки?

— Полагаю, вам не составит труда пригласить еще одного свидетеля — кого-нибудь из магов или хальдагов, который мог бы последить за ходом нашего с вами маленького «поединка».

Его величество перекосило.

— Я могу последить, — вызвался советник, делая шаг вперед, словно солдат на поверке.

— При всем моем к вам уважении, ваше всемогущество, я вас не знаю. Вы можете выступить на стороне его величества, но, согласитесь, будет справедливо, если и с моей стороны будет свидетель, которому я полностью доверяю.

— Уже соскучились по своему господину, Филиппа? — беря пример со своего вейра, съехидничал Каменный владыка.

— Вовсе нет, ваше величество. Я бы хотела пригласить графа д’Энгиена. В противном случае мне придется отказаться от партии и вернуться к своему господину.

Я сильно рисковала, раскрывая рот и так разговаривая с королем. Но молчать — тоже не выход. Если позволю себя обманывать, тогда уже точно проиграю. Я не маг и понятия не имею, как работают эти самые чары. Воздух так и продолжит едва уловимо колебаться, а я так и продолжу терять фигуры. Еще несколько ходов, и мне объявят шах, а там уже и до мата будет рукой подать.