Книга Охотники и чудовища, страница 126 – Валерия Чернованова

Стальной помедлил, прежде чем ответить:

— На иномирцев ментальная магия не действует.

Ну хоть к чему-то у нас здесь вырабатывается иммунитет.

— То есть, если ты попытаешься мне что-нибудь внушить…

Подхватив меня под локоть, де Горт неодобрительно покосился на пустой бокал в моей руке и решительно пресек мои рассуждения:

— Поговорим об этом дома.

— Слушаюсь и повинуюсь, ваша истинность.

— Сколько ты выпила?

— Меньше, чем хотелось бы…

— Чтобы больше даже не приближалась к напиткам. — Он на меня строго зыркнул.

— А как там с Тейменом? — поспешила сменить тему. — Удалось что-нибудь выяснить?

— И об этом мы тоже поговорим дома, Ли… Филиппа!

Дома так дома. Еще бы как-нибудь дотерпеть до этого самого дома и не скончаться от любопытства.

Заметив, что мы снова вместе, невесты его всемогущества дружно побагровели.

— Иди, потанцуй с ними, что ли, пока они не превратились в нэймесс и не загрызли нас с тобой в порыве чувств.

А я пока с тазиком и поварешкой пойду помилуюсь, мы с ними явно нашли друг друга.

Словно прочитав мои мысли, де Горт нахмурился еще сильнее. А может, перспектива убивать на танцы с наинами время омрачила его и без того мрачное настроение.

— Ни шагу к напиткам, — повторил Стальной, чеканя каждое слово, да что там… букву(!), и направился умасливать танцем Паулину.

— Разве можно лишать леди всех радостей жизни? — бросила я ему вслед и пошла обиженно подпирать плечиком стену, а заодно отгонять от себя веером назойливых кавалеров.

С одним, самым настырным, все же пришлось потанцевать и, пока танцевала, заметила, как к Одель подошла стража. Поклонившись, стражники пригласили ее следовать за ними. У меня от этого зрелища, если честно, чуть глаза на лоб не вылезли. Неужели этот белобрысый сластолюбец вспомнил еще о какой-нибудь аморальной традиции и решил-таки сходить налево?

Ни Рейкерда, ни Трияны в тронном зале, к слову, не было, и это только подстегивало мои опасения.

Отделавшись от виконта, имени которого так и не запомнила, я подошла к Винсенсии.

— Куда ее и за что?

— Что значит «за что»? — удивилась леди Тиссон. — Ее величество изволила пообщаться с каждой наиной маркиза Доуна и с нами тоже. Марлен только от нее вернулась, а мне еще предстоит аудиенция у королевы. Если честно, я даже немного волнуюсь. О, богиня! Только бы не ляпнуть при ней какую-нибудь глупость!

Я тяжело вздохнула. Надежды провести остаток бала в компании поварешки и тазика таяли, как кубики льда в бокале с мартини. Эх, надеюсь, я с ним, с мартини, еще когда-нибудь свижусь. А пока мне жуть как интересно стало узнать, что понадобилось от нас этой звезде? О чем собралась общаться? Будет делиться опытом управления Харрасом? Ну так, по-моему, еще рано. Победитель не выявлен и жена победителя в общем-то тоже.

А она, Трияна, между прочим, мой приз зажала, и мне от этого до сих пор обидно и неприятно. Сколько же в этом мире неправильного и несправедливого… Понимая, что пора заканчивать тайком от Стального убивать печень, я попыталась взбодриться, ну то есть протрезветь с помощью парочки тарталеток. Не уверена, что получилось, но, с другой стороны, после третьего и четвертого бокалов пунша я чувствовала себя как никогда смелой и, в отличие от Винсенсии, даже не думала волноваться. Хочет Трияна со мной общаться, значит, будем общаться!