Книга Отражения, страница 90 – Валерия Чернованова

Ошарашенно кивнула в ответ.

Это что сейчас такое было? Завуалированное признание в любви и прозрачный намёк на то, что мне не помешало бы произвести рокировку?

— Три сета по тридцать раз, — активировался Флар номер один и в своей любимой издевательской манере гаркнул: — Таро, хватит валяться! Тебе здесь не пляж, и ты не на курорте!

А я-то все эти два года считала иначе…

Мысленно послав первого Флара куда подальше, потащилась к турникам.

Жуткий цикл подошёл к своему завершению, а с ним закончились и экзамены. К финальной игре меня всё-таки допустили.

Впрочем, как и всех остальных второкурсников. И теперь мы со страхом и предвкушением ждали начала десятого цикла.

Последнего.

А потом свобода или, по крайней мере, её видимость и долгожданная свадьба. Если, конечно, Даггерти за эти тридцать семь дней сам не произвёл рокировку и не поменял меня на какую-нибудь более сговорчивую невесту. Я ведь, по его мнению, капризная стерва. И, наверное, потому он так ни разу и не написал. Решил, видите ли, повоспитывать. Воспитатель бесов.

В Авийон летела, не зная, увижусь ли с женихом или проведу этот день с друзьями. Несколько раз сама порывалась отправить ему сообщение, но гордость сдерживала эти порывы. Настроение было хуже некуда. Из-за сволочного поведения Рейна, из-за собственных страхов, из-за философских размышлений Флара.

Почему-то тот уверен, что я к Даггерти испытываю не любовь, а болезненную привязанность. Думает, раз опыта в сердечных делах у меня раз, два и обчёлся, значит, я не способна отличить настоящие чувства от призрачных.

Так ли это? Вдруг он прав? Или же ему просто хочется в это верить, а заодно убедить в этом меня.

Если бы Каори тогда не заартачилась, уже давно бы стала лиэри Даггерти и, полагаю, сумела бы выдрессировать Рейна.

Или он её. А я бы осталась жить, спокойная и счастливая, под крылышком у родителей. Эта мысль мне не понравилась. Не про родителей, а про то, что Рейн может достаться кому-то, кроме меня. Наверное, я мазохистка, раз намерена связать свою жизнь с самым невыносимым в мире человеком. Но другого мне не надо.

Осознание этого пришло неожиданно, стоило увидеть его на парковке: спокойного, улыбающегося мне, как ни в чём не бывало. Едва удержалась, чтобы не броситься ему на шею.

К счастью, вовремя остановилась. Всё-таки мы вроде как в ссоре. И пусть обида прошла, уступив место очередному приступу безумного счастья, выставлять напоказ свои чувства я не собиралась.

Не в этот раз.

Попросив друзей подождать меня возле аэробола, направилась к жениху. Тот стоял, привалившись спиной к светлому флаеру, и, скрестив на груди руки, встречал меня безмятежной улыбкой.

— Привет, солнышко.

Я всё-таки позволила себя обнять и даже чмокнуть в кончик носа. От следующего поцелуя, предназначавшегося моим губам, увернулась.

— Всё ещё дуешься? — сощурился радаманец.

— А ты? — спросила, глядя на него настороженно.

Не скрою, надеялась, что он прилетит. Но не ожидала столь тёплого приёма. Как будто и не было цикла полного игнора и предшествовавшей ему ссоры.

— Нет, с чего бы? — искренний и такой невинный взгляд.

— Ты не писал…

— О тебе могу сказать то же самое.

И кому это здесь недавно стукнуло тридцать три? Явно не Рейну.

— Вечером у нас встреча со свадебным распорядителем, — не стал зацикливаться на разборках Даггерти. — А сейчас можем прошвырнуться по магазинам. Мне тут посоветовали пару бутиков в Новом городе. Чтобы ты потом не психовала, что свадьба на носу, а у тебя до сих пор нет платья.