Книга Отражения, страница 165 – Валерия Чернованова

Даггерти с досадой треснул ладонью по перилам и, в последний раз пройдясь по танцполу взглядом, решил:

— Нужно поспрашивать. Вдруг её кто-нибудь здесь знает…

— Рейн! — взволнованно перебила радаманца. В горле образовался колючий ком, который, сколько ни пыталась, проглотить была не в силах.

Даггерти проследил за моим взглядом, и тут же поменялся в лице. Черты его исказились гримасой ярости; казалось, он того и гляди зарычит.

Триния полулежала на диване, запрокинув голову. Рядом, обнимая её за плечи, пристроился какой-то парень.

Рассмотреть того в полумраке толком не удалось. Незнакомец увлечённо целовал Трин, хотя было бы вернее сказать облизывал её лицо и шею, беззастенчиво задрав и без того короткую юбку облегающего платья. Девушка пыталась сбросить его руку, вот только попытки эти были какими-то вялыми. Казалось, Трин до конца не понимала, что происходит, а потому толком не сопротивлялась. Или же была не в состоянии дать отпор.

— Пожалуйста, только не как с послом, — взмолилась я, но Рейн меня уже не слышал.

Парню повезло, коммодора сейчас больше волновало состояние сестры, а не разборки с каким-то молокососом, поэтому его просто отшвырнули в сторону. Спасибо, хоть не выкинули на танцпол. С Даггерти станется.

— Трин! — Рейн пытался привести девушку в чувства, осторожно похлопывал её по бледным щекам, в ответ получая нечленораздельные звуки и жалкие стоны. Лицо Тринии посерело, стало каким-то пепельным, пульс едва прослушивался.

Подхватив на руки, Рейн понёс её на улицу. Я шла следом, на ходу вызывая спасателей. На свежем воздухе Трин немного ожила. По крайней мере, на щеках появилось некое подобие румянца.

Она даже сумела открыть глаза и вяло пробормотала:

— Рейн, что ты… — голос её был лишён всякой окраски. Ни удивления, ни страха. Продолжить не смогла. Почувствовав под ногами твёрдую землю, оттолкнула брата и рухнула на колени. Затряслась, содрогаясь в приступе рвоты.

К тому моменту как прибыли спасатели, Трин снова впала в полуобморочное забытьё. По словам медиков, вырвало её очень вовремя. Организм, отравленный токсинами, уже почти не боролся. И если бы не экстренное вмешательство, неизвестно, чем бы закончился для Трин очередной визит в клуб.

Пока медики возились с горе-пациенткой, оказывая ей первую помощь, Рейн, на минуту оставив своё несчастье, подошёл ко мне.

— Может, всё-таки полететь с вами? — предложила, хоть и понимала, что моё присутствие в клинике только всё усложнит.

Даггерти устало улыбнулся:

— Ты еле на ногах держишься. Отправляйся домой. Врачи говорят, с ней всё будет в порядке. Быстро поправится. Физически. Ну а с остальным… — Он замялся, и на лице отразилась болезненная гримаса. — Я должен был уже давно понять, что сама Трин не справится. Ей нужна была помощь, а я…

— Ты не мог контролировать каждый её шаг. И на цепь посадить тоже.

— А следовало, — мрачно проговорил Даггерти, и я поняла: на свободе Трин теперь можно смело ставить крест.

Что ж, для неё так будет лучше. Хотя не думаю, что лиэри Арвейл со мной согласится.

— Спасибо тебе, — всё та же усталая улыбка, с толикой нежности и теплоты.

— Думаю, теперь мы квиты, — ответила шутливо, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Сейчас, когда волнение за Трин отступило, я снова чувствовала себя неловко рядом с ним. И сердце болезненно ныло.