Книга Отражения, страница 110 – Валерия Чернованова

А вот я уже сдерживаться не могла.

— Тебе рассказать в подробностях? — резко вздохнула и почувствовала, как воздух обжёг лёгкие. — В подробностях описать очередную твою измену?! — меня затрясло.

— Какую к бесам измену?!

Лицемер! Уже и забыла, как искусно он умеет притворяться и лгать. Строить из себя невиновного! Сейчас ещё и разозлится и сделает крайней меня. За то, что хватило наглости его просмотреть и увидеть то, о чём, он надеялся, я никогда не узнаю.

Горько усмехнулась. Сколько ещё таких воспоминаний прячется в закутках его тёмной души?

— Не подходи! — Казалось, если он сделает ко мне ещё хоть шаг, я окончательно сорвусь. Начну рыдать, проклинать его, впаду в самую настоящую истерику.

Но только не сейчас. Потом я дам волю чувствам. Потом ещё пореву. Не при нём. Не при Тринии, которая, уверена, получала удовольствие от этой сцены.

Единственное, чего я желала, — это оказаться как можно дальше от него.

Если бы можно было, на другой планете. В другой галактике, на другом конце Вселенной.

— Шиона, я даже не представляю, что ты увидела. Клянусь, не было никаких измен! — Он не сводил с меня потемневших то ли от волнения, то ли от раздражения глаз. В этой синей бездне я тонула не раз, снова и снова убеждая себя, что он изменится. Изменится ради меня.

Наверное, я, как и он, слишком самонадеянна. Думала, мне под силу сделать то, что не удалось другим. Что беспринципный хищник превратится в ласкового, домашнего котёнка. Научится любить. Глупая Шиона. Ты так и не перестала жить в своих наивных мечтах.

— То есть, по-твоему, мне просто привиделось, как ты трахал ту девицу?! — Не выдержала, разрыдалась.

— Шиона, прекрати истерить! Давай поговорим спокойно, мы ведь взрослые люди. Возможно, ты увидела одно из старых воспоминаний, когда я ещё не был с тобой, — процедил сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. А может, ещё и по щекам меня отхлестать. Конечно же, только бы привести в чувство. Я ведь, как он считает, уже почти его собственность. А с собственностью можно не церемониться, делать всё, что угодно. Врать ей, предавать. Снова и снова делать ей больно.

— Не могу рядом с тобой находиться, — прошептала, на миг зажмурившись, чтобы прогнать слёзы, и те, опаляя, потекли по щекам.

Хвала Создателям, он больше не пытался меня остановить. От лёгкого касания дверь распахнулась, и я, не оглядываясь, бросилась прочь.

Не знаю, последовал ли он за мной. Я слышала за спиной чьи-то торопливые шаги, но обернуться и снова встретиться с ним взглядом было выше моих сил. Не могу его больше видеть! Не могу! Не могу! Не могу!!!

Перед глазами всё плыло, сливалось в единую безумную палитру. Мебель, окружающие предметы. Одно лишь я видела чётко — Рейна, под которым в экстазе извивалась рыжеволосая девица. Эта картина снова и снова воскресала в памяти, ослепляя меня, разрывая сердце на жалкие ошмётки.

Не помню, как добежала до флаера. Не помню, как он взвился в небо и куда я летела. Не знаю, как оказалась в Старом Городе, на крыше высотного здания. Сжавшись на сидении, беззвучно плакала, давясь собственными слезами, скулила, как побитая собачонка, тщетно глотая ртом воздух в попытке снова начать нормально дышать. Не получалось. От боли и гнева, передавивших горло. От осознания того, что ещё сегодня я была так счастлива. А теперь не осталось ничего. Лишь пепелище нашей любви. Вернее, моей. Потому что его любви никогда не существовало.