Книга Требуется невеста, или Охота на Светлую 2, страница 108 – Валерия Чернованова

— Я всегда знала, что он меня не любит, и сама не испытывала к нему… настоящих чувств. Но мне нравилось быть с ним, нравилось ощущать себя невестой одного из самых влиятельных Тёмных и представлять, как в будущем я стану первой сонорой Грассоры. Я видела только такое будущее и, когда он признался, что полюбил другую — тебя, полюбил настолько, что ради неё готов отказаться от всего… Мне было больно. — Улыбку сменяет грустная усмешка. — Если честно, мне и сейчас немного больно, но… — Фелисия вскидывает на меня взгляд, затуманенный недавними воспоминаниями, а потом продолжает: — Но я пришла не за тем, чтобы ты чувствовала себя виноватой, а чтобы сказать, что не держу на тебя зла. И на него не держу. Думаю, в будущем я буду даже рада, что не вышла замуж за того, кому просто было удобно, что я рядом и всегда со всем соглашаюсь. Но какое-то время мы с тобой не сможем общаться. Уверена, что это продлится недолго, и уже скоро мы снова станем добрыми знакомыми.

— Я очень на это надеюсь. И от всего сердца желаю тебе встретить самого потрясающего, самого невероятного мужчину на свете. Другой просто будет недостоин такой невероятной женщины, как ты, Фелисия.

— Встречу, куда я денусь, — оптимистично заключает сонорина Сольт и добавляет, посмеиваясь: — Но организовывать нашу свадьбу тебя точно не приглашу.

Более чем заслуженный и справедливый укол.

Мы говорим ещё немного, уже о Валаре, о котором я ей вкратце рассказываю, как и о том, что произошло сегодня днём.

— И бывают же такие мрази. Мне даже думать о нём неприятно, — брезгливо морщится Фелисия.

— А мне было страшно, — тихо подхватываю я. — Думать о нём, вспоминать… Осознание того, что он жив, удерживало меня в прошлом, заставляло испытывать страх снова и снова. А сейчас я чувствую невероятное облегчение и радость от того, что его больше нет. Наверное, я ужасная фея.

— Нет, ты просто напуганная, настрадавшаяся девочка, — мягко говорит она и касается моей руки.

А потом оборачивается, когда дверь открывается, и в палату заходят Ксанор с Мариселой и Оли. Вернее, входит Оли, держащая на руках Мариселу, и отлынивающий от обязанностей дяди Тёмный.

— Вас Ксан позвал? — спрашиваю у Фелисии, уже заранее зная ответ.

— Слёзно просил прилететь и помочь ему с малышкой.

— Не преувеличивай, — закатывает глаза высший. — У меня всё было под контролем.

Неловкость возвращается, когда мы с Оли обмениваемся приветствиями, но быстро проходит, и вскоре в палате воцаряется непринуждённая обстановка. Всё внимание сосредотачивается на Лите, что явно приводит в восторг мою малышку.

— О, ты ещё носишь колечко Ксана! — скользнув по моей руке взглядом, удивлённо восклицает Оли.

— И правда, — спохватываюсь я. — Мне уже давно следовало тебе его вернуть. — Снимаю кольцо и протягиваю его высшему.

— Оставь себе, Лен. — Ксанор прячет руки в карманы джинсов, не спеша забирать свой подарок. — Я кольца не ношу.

Оли фыркает:

— Ну ей-то оно тоже теперь без надобности, а тебе носить кольца никто не предлагает. Потом кому-нибудь подаришь, — и заговорщицки улыбается.

— Ксан, возьми, — это уже Фелисия.

Скорчив смешную гримасу, высший забирает у меня колечко, небрежно суёт его в карман.

— Приговорили вы, девочки, десятимиллионный эксклюзив валяться в бардачке моей машины.