Книга Требуется помощница, или Светлая против Темного, страница 74 – Валерия Чернованова

Невыносимый мерзавец.

Вспомнив, что тоже голодна, сосредотачиваюсь на своем заказе. Мясо, приготовленное на гриле с травами, оказывается сочным и ароматным. Все как я люблю. Наслаждаясь вкусной едой, я почти расслабляюсь и почти забываю, кому составляю компанию. Но звонок, прилетевший на сейт, заставляет вернуться в реальность.

Рен.

— Это брат, — непонятно зачем отчитываюсь перед Темном. — Мне нужно ответить.

— Передавай привет.

Хорос касается сенсорной панели, чтобы подозвать синтану, а я выскальзываю из-за стола и иду в туалет, чувствуя, как кончики пальцев, в которых сжимаю сейт, неприятно покалывает от плохого предчувствия. Неужели что-то случилось? Обычно мы обмениваемся сообщениями, ну или я звоню, когда мне что-нибудь нужно. Ренард слишком занят на службе, у него нет времени на беззаботный треп с младшей сестрой.

Оказавшись в дамской комнате, активирую устройство, настороженно смотрю на голограмму брата, ожидая еще какой-нибудь подлянки.

Сегодня просто день какой-то подлянский и закончиться он должен так же, как начался — по-подлянски.

— Кар, ты там жива? — сканируя меня взглядом, спрашивает мой любимый братец.

— И тебе привет. Что за странный вопрос?

Черты лица Ренарда немного смягчаются, со лба исчезает глубокая складка, которая появляется всякий раз, когда он хмурится.

— Просто я за тебя переживаю. В Кадрисе произошло два убийства. Убили фей и...

— Уже слышала, — спешно перебиваю.

Наверное, слишком спешно. Рен испытывающе щурится. Терпеть не могу, когда так смотрит. Словно взглядом делает мне томографию мозга.

— Ты, кстати, была в тот вечер в «Эррере», когда убили первую фею.

— А причем здесь «Эррера»? — старательно пытаюсь придать себе удивленный вид. — Я слышала только про Нину Мендес, мутившую с каким-то хмырем-высшим. Вот как раз буквально сегодня и слышала. А что, в «Эррере» тоже кого-то убили?

Еще немного и начну как идиотка хлопать ресницами.

— Что ты там делала? — резко спрашивает Ренард, продолжая впиваться в меня взглядом.

Я оглядываюсь на кабинки. Тихо. Надеюсь, в туалете я одна и никто сейчас не слушает, как брат устраивает мне допрос с пристрастием. А Рен именно так звучит и так выглядит. Будто находится в одной из своих допросных, в которых вытрясает из подозреваемых душу, мозг и все, что можно.

— Хотела увидеться с другом, но он не пришел, и я быстро убралась из той дыры.

— Больше не суйся в ту дыру, — делая акцент на последнем слове, хмуро приказывает брат.

— Больше не буду, — заверяю его и пытаюсь перевести тему. Как оказывается, совершенно неудачно. — Как папа с мамой?

— Хотят, чтобы ты вернулась.

Да чтоб вас всех!

— У нас уговор! — восклицаю, борясь с желанием швырнуть сейт в зеркало, в котором отражается мое лицо, перекошенное от досады и злости.

Вот какого?!

Нервно оглядываюсь на дверь. Она бесшумно отползает в сторону, и в туалет на высоких шпильках входит красотка в мини.

Понизив голос до шипения-шепота, на выдохе говорю:

— Они дали мне слово! Помнишь?! Дали! Я заканчиваю университет в Грассоре, наслаждаюсь свободной, пока еще есть такая возможность!

Брат закатывает глаза:

— Ты так говоришь, будто в Делесе тебя посадят на цепь.

Хуже. Но Рену этого все равно не понять.

— Когда ты им в последний раз звонила? Они тоже переживают. — продолжает наседать братец, напоминая, какая я хреновая дочь и сестра. — А Виктор? Ты о нем еще не забыла?