Книга Белые ходят вторыми, страница 32 – Валерия Чернованова

Только злость на Вентуру.

Небось сам страдает бессонницей, вредный старикашка, и мне придётся мучиться с ним за компанию.

Из комнаты уходила, завидуя Бриану чёрной завистью. Того не разбудило ни бормотание Эшви, ни моя возня, пока одевалась. Он вообще эти две ночи спал крепко и безмятежно, как будто после перевоплощения живущий в нём хищник притих, успокоился.

И снова я подумала, что, возможно, император действовал сыну во благо, хоть методы у него, конечно, отвратные.

В коридорах академии было темно и промозгло. Я шла, ёжась, бросая сонные взгляды то себе под ноги, то на облепленные ажурными кружевами снега витражи. Всю ночь за окнами академии вьюжило, двор наверняка замело, а значит, общение с наставником вполне может состояться в одном из залов.

Хорошо бы. Надоело коченеть по утрам на морозе.

Мысли в голове текли ленивым ручьём или, скорее, пробивались из-под камня усталости жалкой струёй. Кап-кап… Уже у самой лестницы мне показалось, что за мной кто-то наблюдает. Странное, непонятно чем вызванное ощущение, если учесть, что в такую рань даже петухи в своих курятниках ещё спали.

Только я тут сонным призраком маюсь.

Вздрогнула, вскинула взгляд, запнулась, снова почувствовав чьё-то незримое присутствие. Даже почудилось, будто кто-то, прижавшись к перилам, на меня смотрит. Но на лестнице было ещё темнее, чем в коридорах, и тень, скользнувшая по ступеням, тут же исчезла.

Тряхнула головой, прогоняя дурацкие мысли, и ускорила шаг, боясь опоздать.

Хроновик меня уже ждал. Сидел за столом в небольшой классной комнате и методично постукивал по полу тростью.

— Светлого дня, шейр, — поприветствовала я хмурого мужчину и подумала, что, наверное, стоило пожелать ему доброй ночи.

— Ты опоздал на полторы минуты, — резко проговорил тот, бросив взгляд на карманные часы. Раздражённо их захлопнул, сунул в нагрудный карман сюртука.

Не знаю, сколько ему было лет. Лицо его напоминало смятый лист бумаги: на нём отпечатались не только морщины, но и шрамы: один пересекал щёку, другой прорезал висок.

В бою получил? Или кто-то пытался лишить его величество любимой игрушки?

Я вдруг подумала, что стоит врагам Эргандара узнать о новом хроновике, и моя жизнь может оказаться в опасности.

Снова.

И неизвестно, что хуже: когда по твоему следу идёт убийца императрицы или вражеские ищейки.

— Простите, шейр. — Я опустила голову, стараясь показать, что раскаиваюсь, и призналась: — Было непросто подняться… так рано.

Старик усмехнулся:

— Ты, наверное, считаешь меня злым, вредным старикашкой…

И как вы угадали?

— Но в такой ранний час я назначил тебе урок не из вредности и желания проучить.

Я ничего не ответила, но, видимо, выражение лица у меня было уж больно вопросительное, потому что Вентура объяснил:

— Как тебе известно, проявления хроновой магии оказывают пагубное воздействие на окружающих. Во сне чаровики её не ощущают и, чтобы не доставлять другим кадетам и преподавателям неудобства, мы будем заниматься по утрам. Итак! — Чаровик взглядом указал на один из стульев, расставленных по кругу и, обойдя стол, опустился на его край.

Трость он по-прежнему держал в руке, тяжело на неё опираясь, и я снова подумала о том, что он очень старый. Представляю, как доволен его величество, что так вовремя обнаружился новый хроновик, которому Вентура сможет передать все свои секреты и знания.