Книга Белые ходят вторыми, страница 124 – Валерия Чернованова

Вырвавшись из оков очередного тревожного сна, спешно раздвинула шторы. Было раннее утро, и можно было ещё час-другой понежиться в постели, но нежиться мне не хотелось. Когда ложилась спать, генерала ещё не было, и, если он так и не вернулся…

Быстро умывшись, расчесалась, оделась в домашнее платье и поспешила вниз. Может, домоправитель в курсе, куда подевался его светлость. Или Агата с Найлой…

Ещё на лестнице поняла, что в поисках пропавшего герцога нет нужды. Он стоял ко мне вполоборота, в шарфе и пальто, какие носили столичные модники. Куда привычнее было видеть его в военной форме, хоть, приходилось признать, в одежде праздного аристократа его светлость тоже смотрелся прекрасно.

К кому он ездил? К друзьям? К… Катрине?

От этой мысли вспыхнули щёки, и я невольно схватилась за перила, впившись в них пальцами. Словно почувствовав моё присутствие, генерал вскинул взгляд и тут же сунул в карман пальто какую-то коробочку или что-то на неё похожее. Рассмотреть толком не успела. Как раньше, как всегда, угодила в ловушку серых, словно сталь, глаз оборотника.

— Светлого дня, шиари, — поприветствовал меня опекун, наставник и мужчина, за которого всю ночь болело сердце, а теперь оно билось в груди, точно птица в клетке.

— Светлого…

— Ещё не завтракали? — осведомился он церемонно-вежливо.

— Не успела.

— Я тоже, — едва заметно улыбнулся Вейнанд. — Только вернулся.

— Куда-то ездили?

— Был в гостях, — обтекаемо ответил генерал, а я таким ответом совершенно не удовлетворилась.

В гостях он был… Интересно, в каких?

— Будете завтракать у себя или со мной в столовой?

— У… в столовой, — ответила я и неловко кашлянула.

— Тогда отдам распоряжения, — чуть более заметно улыбнулся его светлость и как был в пальто, так и отправился в нём на кухню.

Не прошло и пары минут, как в холл спустилась Тесса. Я на неё почти не смотрела, что не мешало чувствовать её взгляд: такой, от которого хотелось не то почесаться, не то занырнуть с головой в полную горячей воды ванну.

Обедала уже у себя и сразу после этого начала собираться. Полежала в ванне, но не из-за взглядов тёти, а в попытке расслабиться. Не скажу, что получилось, ну да ладно. К чувству, будто в теле каждый нерв натянут до предела, я уже успела привыкнуть.

Когда волосы высохли, настало время причёски. Лёгкий макияж, одежда, украшения… Я была готова к балу, но совсем не готова к роковому танцу.

Около шести в дверь постучалась Тесса. Оглядела меня с ног до головы и, скупо улыбнувшись, сказала:

— Ты очень красива… И сейчас как никогда похожа на Эймел. Двадцать три года назад твоя мать танцевала с твоим отцом в императорском дворце, и помнится… — она задумчиво усмехнулась, — на ней тоже было светло-голубое платье.

— Я ни с кем танцевать не собираюсь. Я не мама. — Отвернувшись, вдела в ухо вторую серёжку-жемчужину.

— Я знаю, Лайра. К сожалению, ты не мама… — Тесса коснулась дверной ручки. — Генерал уже ждёт. Если ты готова, можем ехать.

— Сейчас спущусь. — Бросив на себя в зеркало последний взгляд, я последовала за тётей на первый этаж.

* * *

— Невероятная красота! — Тесса бросала по сторонам восторженные взгляды, ненадолго позабыв о тревогах и печалях.

В кои-то веки я была с ней согласна. И без того роскошный дворец императора, сегодня поражал ещё более роскошным убранством. Обычно в ночь Чароденья было принято украшать дома веточками ели и ягодами алой аронии, блестящей мишурой и различными стеклянными, словно высеченными изо льда, фигурками. Но её величество не любила зиму и всё, что было с ней связано, поэтому дворец в угоду ей украсили живыми цветами. В сладком цветочном аромате, в ярком многоцветье утопали залы и галереи, плетистой розой были увиты перила лестниц и балконные балюстрады. Удивительно, как ещё бюсты не оплели лианами и не облепили вьюнком картинные рамы.