Книга Похищая жизни, страница 30 – Валерия Чернованова

Присев на корточки, взял в руки карманные часы, принадлежавшие убитому.

— Как же не вовремя его убили! — с досадой воскликнула Наблюдательница, поднимаясь с колен.

От меня не ускользнул страх, сквозивший в голосе девушки. Только сейчас понял, что Алексис чудом избежала смерти. Сей факт заставил призадуматься: действительно ли мишенью убийцы был незнакомец или же избавиться хотели от мисс Брук? Ерунда какая-то! Еще немного, и голова взорвется от переизбытка мыслей! Надо будет выяснить у Наблюдательницы, не желает ли часом кто ее грохнуть. Хотя о чем это я? Наверняка половина Миствиля об этом мечтает.

— Ни документов, ничего, что помогло бы нам установить его личность. Несколько монет и карманные часы — вот весь нехитрый скарб. Пора звать наших друзей с труповозкой из Вильтон-ярда, пусть забирают его и начинают расследование.

Вильтон-ярд — штаб полиции Миствиля. Те преступления, которые по каким-либо причинам не попадали в юрисдикцию Бюро, расследовали агенты Вильтон-ярда. Помимо этого в обязанности полицейских входило патрулировать город и следить за порядком.

Алексис уже успела потерять к покойнику интерес и принялась придирчиво разглядывать свою испорченную шляпку, при этом недовольно ворча:

— Кучу денег за нее отвалила! И даже толком не успела поносить. Досада!

— Было бы из-за чего убиваться. Лучше бы возблагодарила небеса за свою оставшуюся в целости и сохранности голову, а эту незначительную потерю с легкостью восполнят ретивые поклонники, которые, небось каждый день засыпают тебя подарками. Точнее, каждую ночь. У тебя, должно быть, в закромах имеется тысяча таких финтифлюшек. — Теперь уже я осматривал труп, надеясь найти хоть какую-нибудь зацепку.

— Не верь слухам, они зачастую ложны и распространяются от зависти. — Отряхнув юбку от пыли и с сожалением взглянув на свои испорченные туфли (да, кажется, сегодняшнее преследование вышло ей боком), девушка продолжила непринужденную беседу: — Я никогда не завожу отношения ради денег. Скажем, менять любовников — это мое хобби. Ну, а подарки… Кто ж от них отказывается, — закончила философски и нетерпеливо воскликнула: — Может, перестанешь на него глазеть? Живее от этого он не станет! Возвращайся в часовню, твое присутствие там важнее. А я пока тут закончу, — заявила покровительственным тоном и прогулочной походкой направилась к площади.

Я не стал мешкать и поспешил на улицу Сент-Эбби, по пути столкнувшись с Коулом. Тот казался еще бледнее, будто вот-вот готов был испустить дух.

— Я пытался тебя догнать, — тяжело дыша, прохрипел он. — Куда ты так стремительно помчался?

Я вкратце рассказал ему о случившемся и заверил, что если покойный имел хоть какое-то отношение к Авроре (последние слова убитого были тому прямым подтверждением), мы это непременно выясним. В ответ Оуэн слабо кивал, будто в любой момент намеревался грохнуться в обморок. Видимо, последние потрясения окончательно его доконали.

Мне едва удалось уговорить Коула поехать домой. Словно упрямый мальчишка, тот ничего не хотел слышать и собирался отправиться на кладбище. С трудом удалось его переубедить. Чуть ли не силой усадив в карету, приказал извозчику ехать на Ротем-стрит, где последние месяцы жила семья Оуэнов.

Вскоре печальная процессия потянулась от часовни к кладбищу. Все, что происходило дальше, напоминало кошмарный сон, из которого я никак не мог вырваться. Люди продолжали произносить дежурные фразы. Со всех сторон раздавались горькие всхлипы и приглушенный шепот. А я стоял, словно в трансе, и не желал вникать в их бесполезный лепет.