Книга Замуж за Темного Властелина, или Девичник в другом мире, страница 154 – Валерия Чернованова

Попыталась отодвинуться, но мерзопакостный-почти-муж схватил меня за руку, сплетая наши пальцы, и угрожающе зашептал:

— Не забывай о подруге, Саша. Её жизнь в твоих руках. Как и её будущее. Если всё пройдёт, как задумано, я стану добрым и довольным владыкой. А добрый и довольный владыка может пожелать помочь заблудшей душе.

Что называется, не мытьём, так катаньем.

Тьма продолжала змеёй ползти по нашим рукам, соединяя. Густела, уплотнялась, особенно когда вторая жрица, взяв оружие, ловко полоснула по предплечью тёмного остриём кинжала. Я едва не завопила от неожиданности. Дёрнулась, чувствуя, как его кровь, горячая и такая же тёмная, как его сердце, начинает струиться и по моей руке, но Савард не позволил мне отстраниться.

Его хватка стала крепче, когда садистка в балахоне то же самое проделала с моею рукою. Тут уж захотелось не завопить, а взвыть. Наверное, я бы так и сделала, если бы не отвлеклась на кровь Дамии. Стекая по коже, алые капли засверкали подобно чистому золоту.

Жрица, не сводившая взгляда с древнего свитка, возвысила голос, добавив в него силы и громкости. Гости удивлённо зашептались. Храм, ещё каких-то несколько мгновений назад залитый ярким солнечным светом, вдруг погрузился в густой полумрак. В высокие окна больше не проникали лучи солнца, дневное светило померкло. Зато вокруг алтаря ярко полыхнули свечи, и золотистое сияние вокруг руки принцессы, схлестнувшись с тьмой Саварда, окутало нас обоих серебристой вуалью.

Наши руки… наши тела…

Голоса стали глуше, алтарь перед глазами размыло, даже боль притупилась. Почувствовала, как кто-то давит мне на плечи, заставляя опуститься на колени. Тяжесть чужих рук сменилась тяжестью иного рода — мне на голову возложили корону.

Ту самую, встречи с которой я так ждала.

— Да здравствуют правители Тенебрии! Дамия Прелестная и Савард Жестокосердный! — раздался громкий, торжествующий голос, и зал потонул в громких аплодисментах.

В замок я возвращалась мрачнее неба, что низко нависало над нами, пока летели обратно. Правда, к концу полёта тень луны, заслонившая солнце, отползла в сторону, и теперь столица и её предместья снова купались в ярком солнечном свете. А вот я… А вот я продолжала мрачнеть на глазах. Мне хотелось рычать, ругаться или хотя бы от бессилия топать ногами. Можно было ещё швырнуть короной в Саварда… Но корону жалко.

Она единственная согревала сердце лучиком надежды. Если не для меня, так хотя бы для Ульяны.

Ещё и порез на руке болел, хоть его и забинтовали сразу после брачного обряда.

— Улыбайся, — посоветовал мне тиран и деспот, когда повозка мягко опустилась перед замком, нарканы сложили крылья, и к нам хлынули, подбрасывая в воздух лепестки роз, рабыни. Девушки улыбались, поздравляли и ждали, когда мы выйдем из экипажа, чтобы и нас обсыпать лепестками.

— Сегодня наш праздник. — Явно предлагая следовать его примеру, Савард расплылся в широкой улыбке. Вышел первым, помог мне спуститься, после чего нас всё-таки обсыпали. И пока шли к замку, шустрые рабыни, среди которых были и Айя с Лахьей, продолжали устилать нам дорогу злосчастными лепестками.

Мне сейчас всё виделось злосчастным. Раздражающим, дурацким. Мешал шлейф платья, мешало мельтешение лиц перед глазами, но главное — мешал Савард.