Книга Замуж за Темного Властелина, или Девичник в другом мире, страница 140 – Валерия Чернованова

К себе возвращалась будто пьяная. Хотелось не то разреветься, не то что-нибудь разбить. Желательно о голову будущего темнейшего супруга… По приказу Саварда меня сопровождала стража, и завтра это может стать для нас реальной проблемой. Попробуй-ка отлучиться для ритуала, когда за тобой всюду таскаются два орангутанга!

Ладно, в спальню за мной не пойдут — и то хорошо. Главное, как-то улизнуть с торжества. Улизнуть, провести ритуал… Исчезнуть из этого мира, так и не узнав, что стало с Иваром…

Отвратительные перспективы.

В спальне меня дожидались рабыни и фрейлина. Все трое встречали улыбками. Айя с Лахьей — счастливыми, Абель — слегка напряжённой.

— Всё-таки тебя выбрал, — тихонько сказала фрейлина, помогая мне раздеться.

— Очевидно, что у его темнейшества всё идёт по плану, — мрачно пробормотала я.

— Так и у нас тоже! — радостно шепнула Абель. Оглянувшись на служанок, расстилающих постель, быстро произнесла: — Представь, ещё один день, и Ульяна вернётся к жениху. И ты домой вернёшься!

— А ты получишь обратно своего брата…

Вопрос: что получит Дамия? Роль жертвенного агнца? Тоже перспектива не очень. Но и мне умирать вместо неё не особо хочется.

Как и убегать с Эоса, не прояснив всё с Иваром.

Ложилась спать я с головой, гудящей от этих мыслей.

— Спокойной ночи, ваше высочество, — попрощалась со мной Лахья, покидавшая спальню последней. — Завтра нас всех ждёт очень радостный и волнительный день.

А пока на повестке дня — тревожная, бессонная ночь.

Несмотря на опасения, что не усну, провалилась в сон почти мгновенно. Только мелькнула мысль, что рядом почему-то нет Зефирки, и тут же погасла, растворившись в сонном мареве. Я погружалась в него всё глубже, ныряла во тьму, вязкую, густую. Она накрыла меня, мешая вздохнуть. Сдавила грудь, сжала удавкой горло.

Дёрнулась, чувствуя, как что-то давит на меня, вжимая в кровать, и услышала пронзивший разум крик иргила:

«Просыпайся, Саша! Просыпайся сейчас же!!!»

Я продолжала задыхаться, продолжала чувствовать, как на меня что-то давит. Будто могильной плитой накрыло, которую ни приподнять, ни сдвинуть.

«Нашла время дрыхнуть, лентяйка… Она же тебя сейчас задушит!»

Она. Задушит.

Дёрнулась, брыкнулась и наконец поняла, что происходит и где я. Я у себя в кровати, а чьи-то бессовестные руки безжалостно вжимают в моё лицо подушку. Мою же!

Руки эти казались настолько сильными, будто каменными, что с каждым мгновением становилось всё сложнее сопротивляться. Да какое там сопротивляться… Я трепыхалась, будто пойманная на крючок рыбёшка. Из последних сил, беспомощная, совершенно беззащитная. Сознание гасло, и голос иргила уже звучал почти неразличимо.

Почти стих…

— Кар-р-р! Кар!!!

Пронзительный девичий визг смешался с яростным карканьем иргила, и тяжесть отступила. Я сбросила чёртову подушку, выпуталась из одеяла и вперилась яростным взглядом в… свою фрейлину.

— Что за… Абель!

Та сидела на полу, держась за окровавленное плечо, и смотрела на меня широко распахнутыми глазами, словно видела впервые в жизни.

«Мерзавка заперла меня в клетке! — опускаясь в изножье кровати, проворчал ворон. С его перьев, словно лавина с горных склонов, стекали завитки тьмы, постепенно тая в воздухе. — Думала, не выберусь! Ха! Да я!.. Спроси её, куда подевала Зефирку».