Книга Повелитель тлена, страница 166 – Валерия Чернованова

Где он мог слышать об этом преступлении? Прочитал в газетах? Или, может, кто из коллег рассказывал… Как назывался городок? Кажется, в том случае была не шлюха, а чья-то рабыня. Чья? Хороший вопрос. Один из многих, на которые Мару предстояло ответить.

Почему вдруг решил, что смерть этой проститутки как-то связана с тем преступлением? Снова интуиция? В последнее время она уже не раз его подводила. Взять хотя бы его подозрения о причастности к убийствам Грэйва. Да и на мадам Луари тоже вышел случайно, только благодаря подслушанному Ивой разговору.

Вполне возможно, и этот след окажется ложным. Очередным тупиком.

В любом случае, все версии следовало проверить. Прошерстить городской архив, расспросить коллег в полицейском управлении.

Несмотря на жуткую картину смерти, которую ему довелось увидеть, высший воспрянул духом. Ещё вчера у него не было ни одной зацепки, а теперь вдруг появилось сразу несколько ниточек, за которые не терпелось потянуть.

Кто знает, вдруг одна из них окажется путеводной и приведёт к долгожданному разоблачению демонового убийцы.

* * *

Просыпаться не хотелось. Совсем. Тогда придётся возвращаться к ненавистной реальности, где я — рабыня, а мой вероломный господин, посулив мне золотые горы: свободу, дом, да ещё и мужа в придачу (хотя последний мне точно без надобности), вдруг решил не обременять себя выполнением обещаний.

Кретин!

И я от него недалеко ушла. Что это вчера такое было? И прежде ведь испытывала влияние коварного зелья, но с горем пополам справлялась со своими чувственными порывами. А вчера будто с цепи сорвалась.

Да и Грэйв тоже хорош. Знает же, насколько странный эффект оказывает на меня его пойло. Должен был сдержаться и доморощенную искусительницу приструнить. А вместо этого принялся меня целовать и раздевать. И теперь я чувствовала, как от одной лишь мысли об этом предателе щёки заливает румянец, по телу пробегает дрожь, а в голове и сердце, словно в чугунном котелке, начинает вариться каша из сумбурных чувств.

И что самое обидное — эмоции для Маэжи мы вчера так и не добыли.

Сон не шёл, разум больше не желал погружаться в спасительное забытьё. Пришлось подниматься. Первым делом распахнула шторы, позволяя солнечным лучам проникнуть в спальню. Полюбовавшись на морозные узоры, разукрасившие окна, услышала, как часы на каминной полке стали отбивать монотонные удары.

Надо же, уже полдень. Долго же пыталась не просыпаться… Хотя вчера вечером, ещё до того, как мы так «душевно поужинали», планировала встать пораньше, дабы отпроситься у его светлости на разведку в театр. Вот только теперь обращаться с просьбой к этому обманщику совсем не хотелось.

Благо обнаруженная в будуаре записка, оставленная Грэйвом на кофейном столике, немного облегчила мои страдания и притупила тревогу. Герцог извинялся за вчерашнее, цитируя его слова, «досадное недоразумение» и заверял, что наше соглашение по-прежнему в силе, мне не о чем волноваться. Хорошо бы… Просил не держать на него зла и не ненавидеть его ещё больше.

Его-то, может, и не стоило ненавидеть. А вот саму себя… Сердце явно не в ладах с головой: думаю об одном, а целуюсь с другим.

В общем, клинический случай.

Завершалось коротенькое послание сообщением о том, что его светлость будет отсутствовать целый день и вернётся, в лучшем случае, только к ужину. Мне настоятельно советовали не грустить, не скучать, а лучше пойти развеяться. Что я, собственно, и собиралась сделать.