Книга Проклятый дар. Наваждение, страница 24 – Валерия Чернованова

— Одного не пойму, — расплатившись по счету, поднялся словак. — Почему такая очаровательная девушка скучает в одиночестве?

Мне показалось постыдным признаться, что я здесь вместе с родителями, поэтому, гордо расправив плечи, объявила:

— Предпочитаю путешествовать одна.

Камил явно оживился.

— Надеюсь, прекрасная пани не откажет мне в удовольствии показать ей город?

— Она почтет это за честь, — подыгрывая Камилу, велеречиво ответила я и чуть ли не присела в реверансе.

В тот момент мне хотелось визжать и прыгать от счастья. Возможно, кому-то мое поведение покажется странным, но когда всю жизнь борешься со своими комплексами, одерживая поражение за поражением, неожиданное проявление внимания со стороны обалденно красивого парня становится настоящей победой в великой битве с самой собой.

Камил оказался очень внимательным собеседником и умело заполнял неловкие паузы шуткой или какой-нибудь занимательной историей.

— Неподалеку от города находится замок Бецков. Если хочешь, можем туда заглянуть, — предложил мой новый знакомый.

— Только не сегодня, — сразу отринула я эту идею. — Мне вполне хватило вчерашних впечатлений.

— И как тебе руины Чахтицкого замка? — сразу смекнул Камил, о какой крепости идет речь.

— Замшелые обвалившиеся стены и ничего больше, — равнодушно пожала я плечами. — Честно говоря, никогда не питала слабости к древним сооружениям.

— А призрак графини видела? — заговорщицки подмигнул мне парень. — Местные утверждают, что на закате она покидает свою темницу и до самого рассвета бродит по окрестностям в поисках новой жертвы.

— А еще там по склонам маршируют гномы и отплясывают лезгинку лесные эльфы, — рассмеялась я.

Камил, к сожалению, не оценил мой юмор.

— Зря ты так. Словаки чтят свою историю. Некоторые предания вполне правдивы.

— Например?

Юноша призадумался. Наверное, гадал, с какой байки лучше начать.

— Немногим известно, что со смертью Кровавой Графини история рода Батори не закончилась, — наконец сказал он. — Ее сын, Пал, унаследовал колдовскую силу матери и приумножил ее. Он сумел подчинить всех чародеев, обитавших в то время в Венгерском королевстве. Клан Батори стал самым могущественным, а впоследствии и единственным колдовским кланом в Центральной Европе. У тех, кто не желал покоряться, Пал отбирал силу и безжалостно уничтожал.

— Только не говори мне, что этот клан существует до сих пор, — примерила я образ закоренелого скептика.

— Не совсем, — качнул головой юноша. — Спустя два века после смерти великого колдуна его потомки, братья Изидор и Амадеус, сошлись в смертельном поединке за бразды правления наследием Батори. Изидор был первенцем и имел полное право претендовать на «трон» отца, но Амадеус, гордый и честолюбивый, не пожелал покоряться первому по старшинству.

Он вызвал Изидора на дуэль. По древнему обычаю победитель отбирал у проигравшего силу и мог всецело распоряжаться его судьбой. Оба брата обладали огромным магическим потенциалом, у обоих был сильный дар и в результате оба погибли.

Без железной руки клан был обречен на вымирание. Йоланда, сестра кровных соперников, пыталась сохранить единую семью, но не смогла. Подросшие наследники Амадеуса и Изидора предпочли миру вражду, начатую их родителями. Произошел раскол. Потомки Изидора сохранили имя Батори, приемники Амадеуса стали называться Эчедами.