Книга Ведьма двенадцатого круга, страница 35 – Виола Редж

Тем более, что он, наконец, вышел.

— Оливия, позволь представить тебе нашего гостя. Крей, это моя тетя Оливия.

— Рад встрече, мадам, - куртуазно поклонился второй наследник.

Тетка осмотрела его со всех сторон, а потом с ухмылкой выдала:

— Какой миленький! И почему ты мне сказала, что он видим лишь частично?

Миленький? Гм… Крей, безусловно, симпатичный юноша, но вот так говорить про его миловидность? Или Оливия просто шутит в своем излюбленном стиле? В другое время и я бы поддержала такой разговор, но ведь Крей может обидеться. Вдруг он раним, как многие подростки?

— Потому что сегодня его видят лишь те, кто недавно пересек грань или приближается к ней, - промурлыкал довольно Волчок. - Иными словами, дети и престарелые особи женского пола.

— Шатья прав, мадам, но вы тоже миленькая, - сообщил Крей серьезно и направился к столу.

Мы с Волчком переглянулись, я выдохнула – мальчишка способен за себя постоять . Оливия посмотрела на него с одобрением, оценив начало словесного поединка как «один – один». Она только на службе суровый начальник, к которому с опаской относится сам мэр. В жизни тетка предпочитает острое словцо, любит потроллить знакомых и вообще сторонница неформального общения.

Волчок проворчал, что пора к столу,иначе его ведьма останется без ужина,и мы сели. Тетка поморщилась на слове ведьма – едва заметно, но Крей тут же спросил:

— Мадам не любит ведьм?

— И магов терпеть не могу, - прямо сообщила Оливия. - К Кендис это не относится, она мне родня. Но ты… Как тебя зовут, мальчик-красавчик с Той Стороны?

— Маркиз Дигуэнд, - ответил Крей, пристально глядя ей в лицо.

Тетка замысловато выругалась, поминая отчего–то крупный рогатый скот вкупе с поленьями и… ладно, не важно. Важным оказалось то, что она сказала потом.

— Не может быть, этого просто не может быть!

Волчок быстро подсунул ей стакан вина,и Оливия опрокинула его одним махом. Я с недоумением смотрела на нервно промокавшую губы тетку и слушала ее бессвязные восклицания «так не бывает!» и «она не соврала!».

— Мадам, вам знакомо мое имя? - изысканно-вежливо поинтересовался Крей, но в глазах притаился напряженный интерес.

Этот вопрос словно отрезвил Оливию, во всяком случае, она коротко выдохнула и сказала своим нормальным тоном:

— Я слышала это имя. Однажды. Кендис, позволь представить тебе персональное проклятие семьи Мелрой.

Лелюгрин насторожился, я фыркнула. Про персональные проклятия я, как ведьма, знаю если не все,то очень и очень многое. Так вот, мальчишка с Той Стороны быть им никак не может. Оливия заметила мое недоверие и начала рассказывать.

Оказывается, после смерти моего дяди бабушка Мелрой... Говорят, что нет ничего страшнее для матери, чем похоронить собственных детей,так что понять ее не сложно… Так вот, бабушка впала в странное состояние. Тетка Оливия не могла все время находиться рядом с сестрой, но ежевечерне ее навещала. И вот однажды она застала бабушку не просто пьяной, а, как говорят у нас, «на бровях». Она хихикала, плела какую–то несуразицу, пела и приплясывала. Словом, Оливия всерьез испугалась и вызвала лекаря.

Лекарь применил вытрезвляющее зелье,и, уже заполночь, сознание бабушки прояснилось. Она посмотрела на сестру и связно сказала:

— Моих детей сгубило проклятье. Проклятье Дигуэнд.