Книга Международная академия ЗВЕЗДЕЦ 2, страница 12 – Марина Эльденберт

«Пожалуйста, возвращайтесь в академию как можно скорее. У нас ЧП!!!»

Кроус всегда отличался сдержанностью, поэтому три восклицательных знака для него много значили. Случилось что-то из ряда вон, и это что-то требовало немедленного присутствия Артуана. Решив, что разговор с королем подождет, он сдержанно попрощался с матерью и быстро полетел в ЗВЕЗДЕЦ. Где, судя по всему творился настоящий…

По пути он успел надумать всякого: что снова напали на принца Фабиана, что что-то случилось с главным корпусом, опять Брина куда-то вляпалась, академию захватили гоблины. В общем, много всего. Но самый важный вопрос, который его интересовал, был: почему именно Кроус сообщил ему о ЧП, а не его помощница? Где Тьеррина, гоблин ее забери?!

Но принимать человеческий облик на лету и лезть в «банан» – только время терять. Поэтому ректор просто полетел еще быстрее, кажется, побив собственный рекорд по преодолению расстояния.

Академия оказалась на месте, как и главный корпус, в котором, собственно, и проходили вступительные экзамены. Минус один повод для тревоги, но были и другие. Артуан в воздухе обернулся человеком и спрыгнул на специальный для приземления балкон. Чтобы через минуту оказаться в приемной перед своим кабинетом. На широком диване сидели Брина и Фабиан, рядом, что удивительно для их непереносимости друг друга. Причем принц вновь был без пиджака и рубашки, только в майке. Злополучная парочка, увидев его, тут же подскочила. Как и профессор Кроус, который как-то слишком незаметно пристроился у окна.

— Господин ректор, абитуриенты не просто стыд и совесть потеряли, совсем мозгов лишись, – начал он первый. – Использовать зелье Тонки! Вы должны перенести экзамен, потому что на этом случилось форменное безобразие! Это скандал для академии!

— Проявляюще-исчезающее зелье? – уточнил Артуан и кивнул на Фабиана. – Поэтому ты голый?

Зелье Тонки не использовали уже лет триста, потому что это было сложно и не всегда эффективно. Зелье представляло собой чернила, которые то исчезали, то проявлялись. Заставлять их исчезать нужно было одним раствором, проявлять другим, и главное – не перепутать. От него даже спецслужбы отказались, не говоря уже о студентах, которые были слишком ленивы, чтобы выучить анатомию, не то что сложную алхимию.

— Нет, – мотнул головой Фабиан. – Я же не идиот, под какое-то зелье попадать! Плюс меня уже и так все видели голым, скандала бы от этого не возникло.

— Значит, кто-то другой лишился одежды?

Студент или хуже – студентка. Судя по лицам, он угадал.

— Не ругайся на нее сильно, – взмолилась Брина. – Он ее специально облил, когда она увидела, что он списывает, и хотела отобрать листок.

Отобрать листок? Кто следил за этим балаганом?

— Где вообще Тьеррина? Почему она не на месте? – рявкнул он, и все трое синхронно икнули.

— Так в вашем кабинете, господин ректор, – ответил Кроус быстрее всех. – Прячется.

Артуан без дальнейших расспросов шагнул в кабинет, захлопнув дверь перед Бриной, умоляющей:

— Не ругайся и не увольняй ее! Она мне нрав…

Остальное поглотила тишина его царства, одиночество которого нарушило чужое присутствие. Шторы были задернуты, и здесь царил полумрак, но драконье зрение помогло все прекрасно рассмотреть. А рассматривать было что.