Книга Каникулы в Кристане, страница 29 – Марина Эльденберт

Ее плечи напряглись, но девушка не отшатнулась от него, не вывернулась из этих объятий. Артуан же понял, что дуреет от ее аромата, от прикосновений к ней. Его вело, и это было так невовремя. Сейчас ему нужна была трезвая голова. Как никогда.

— Почему ты согласилась на эту помолвку, Тьеррина?

— Не было никакой помолвки, — хрипло призналась она. — Это был способ позлить Брину.

— И немного меня.

— И немного тебя, — кивнула она.

— Это все меняет, — оживился ректор. — Ты меня любишь.

Тьеррина ахнула и резко обернулась.

— Снова копаетесь в моей голове, господин ректор?

— Нет, — опешил Артуан. — Я не слышу твоих мыслей. Очевидно, из-за родовой магии Нодарских.

Это была правда. Сначала Тьеррина носила артефактс момента происшествия на конкурсе, но он ни разу не услышал ее мысли. Она стала для него загадкой, и даже парность ни капли в этом не помогала.

На ее щеки плеснул румянец, когда Тьеррина осознала, что выдала себя с головой. А дракон Артуана радостно забил хвостом, в мыслях выполняя брачный танец. Одно дело догадываться, что он небезразличен своей паре, совсем другое — услышать из ее уст.

Я сболтнула лишнего. Я поняла это по выражению лица Артуана, который сейчас выглядел так, будто ему преподнесли долгожданный подарок. Вот только я самопреподноситься не собиралась, как раз наоборот. Только полная дура отказалась бы от своих чувств после того, что услышала в лесу рядом с замком Нодарских, я бы первой себя таковой назвала, если бы… если бы не то, что сказал Грорн. Если бы не убийство моих родителей.

Теперь я просто не могла уехать — на мне лежала ответственность за весь наш род. Пусть я долгое время считала своими родителями других людей, впервые оказавшись во владениях Нодарских я сначала ничего не почувствовала. До того, как увидела портрет. До того, как представила, как все было. Я должна им… хотя должна — не совсем правильное слово, я им обязана жизнью. Дважды. Я хочу смотреть на этот портрет и хоть когда-нибудь перестать чувствовать щемящую боль в груди. Если до этого я жила, как придется: просто зная, что вот я пришла на работу, потом с работы домой, путалась в бытовых мелочах, просто наслаждалась жизнью или решала проблемы, то теперь у меня появилась цель.

Пусть мои настоящие родители этого уже никогда не увидят, но я должна восстановить замок и найти тех, кто это сделал. Для этого мне нужно остаться в Кристане. Для этого мне нужно сейчас просто уйти. Надо было просто уйти.

Но я не смогла.

— У меня есть долг, Артуан, — тихо сказала я. — Ты должен меня понять… хотя, думаю, ты как никто другой меня понимаешь. Ты тоже рожден главой рода. У тебя есть ЗВЕЗДЕЦ, за который ты несешь ответственность. Я теперь несу ответственность за свой род. Для меня это столь же важно, как и…

Я чуть не сказала «наши с тобой чувства», но вовремя остановилась. Потому что вряд ли после такого он меня отпустит, даже несмотря на то, что дал слово.

— Поэтому я остаюсь. Моя жизнь теперь неразрывно связана с Кристаном, как твоя — с Алузией. На этом, пожалуй, все.

— Ты… — начал было он, но я перебила:

— Ты обещал один последний разговор. Он состоялся. Давай не будем больше думать о том, что могло бы быть, и чего никогда не будет. Это довольно сложно и малоприятно.