Книга Невеста ректора, страница 34 – Марина Эльденберт

От того, чтобы подойти к организатору и устроить разбор полетов (например, почему по парку ЗВЕЗДЕЦа гуляют бирюзовые фламинго?!) его спас Фабиан, вызвавшийся быть шафером ректора.

— Успокойся, Артуан, — попросил принц, заправляя белоснежный шелковый платок в карман его пиджака. Они расположились в одном из шатров, которые разбили под открытым небом, чтобы далеко не идти до места церемонии. — Ты сегодня женишься на своей паре и на лучшей в мире женщине, сдались тебе эти фламинго!

— Я думал, ты считаешь Брину лучшей в мире женщиной, — ответил Артуан, но немного расслабился: по ректорской шкале напряжения это был максимум из возможного расслабления.

— Не придирайся, — усмехнулся Фабиан. — Сегодня ты окольцуешь Тьеррину, ради этого можно потерпеть даже песни «Гайз»!

— Ты тоже считаешь их слишком сладкими?

— Просто приторными, но девчонкам всех возрастов нравятся.

— Моя мама не в восторге от них.

— Значит, не всех возрастов…

Они переглянулись и одновременно хмыкнули. Правда, Артуан снова прищурился:

— Где кольца?

— Я отправил за ними Сириана.

— Ты же его терпеть не можешь, — напомнил Артуан.

— Зато он любит Тьеррину, — привел хороший аргумент принц.

— Тогда где он, гоблины его забери?!

Под бодрое рычание жениха Сириан как раз ввалился в шатер. Запыхавшийся, раскрасневшийся, словно за ним действительно гнались гоблины.

— Что там произошло? — мрачной тучей навис над шурином ректор.

— Там произошли гоблиновы поклонницы Джареда Рокера! — Дракон Сириан еще не проснулся, но парень уже научился рычать. — Они почему-то решили, что я — это он, и теперь не дают мне прохода!

— Потому что у вас одинаково смазливые морды, — расхохотался Фабиан.

— А в морду? — набычился Сириан и издевательски добавил: — Брина сказала, что у тебя такая же ситуация с абитуриентками! Принц-красавчик в качестве преподавателя!

Фабиан потемнел лицом.

— Вы с ней говорили?

— Мы часто с ней разговариваем, потому что друзья, — словно между делом признался Сириан.

— До встречи у арки, — прорычал Фабиан и убежал. Видимо, выяснять отношения с парой.

Артуан и Сириан остались одни.

— Ты же не общаешься с принцессой, — догадался ректор.

— Парой слов перекинулись, — признался шурин. — Но привычка злить Фламенского осталась.

Сириан достал из кармана подушечку с кольцами и протянул счастливому жениху.

— Я хотел бы извиниться, Артуан. За то, что чуть все не испортил, когда попросил не морочить голову моей сестре. Кто же знал, что мы одного вида?

Было заметно, что Сириану неловко, поэтому ректор забрал кольца и просто протянул ему раскрытую ладонь.

— Все в порядке, — сказал он. — Ты все исправил, и я благодарен тебе за твой выбор. Удачи тебе в новом учебном году в ТРыНДе!

Ректора ТРыНДы Артуан уважал, но до сих пор не мог ему простить Эрику, которая отказалась от стипендии в ЗВЕЗДЕЦе в пользу академии в Кристане.

— Снова на первый курс, — скривился Сириан, но руку в ответ пожал крепко. — Береги ее!

— Как бесценную драгоценность, — кивнул Артуан.

И вот его драгоценная женщина идет по проходу, выстеленному белоснежными лепестками. Как только зазвучали чарующие переливы арфы, и Тьеррина зашагала к нему навстречу в белом платье, мандраж ректора будто бы выключили. Для него перестали существовать и разбежавшиеся по парку фламинго, и искры, летающие между Фабианом и Бриной (поссорились на почве ревности, но сегодня же помирятся), и тискающий Одуванчика Грошек, и вытирающая кружевным платочком выступившие на глазах слезы мама.