Книга Поющая для дракона. Между двух огней, страница 70 – Марина Эльденберт

Танни удивленно посмотрела на меня:

— Ты разве не знала?

— А должна была?

— Вы же с ним разговаривали.

Разговаривали, но не о том. Если поток взаимных упреков вообще можно назвать разговором. И вообще, постойте-ка…

— О чем вы говорили в Зингсприде? – спросила, подозрительно прищурившись. – После того, как Рэйнар узнал о видео?

Танни сдвинула брови.

— О том, что со всем этим делать. Он спросил, чего я хочу. Говорил, что я могу подать на Мика в суд, потому что это прямое нарушение моих прав. Я сказала, что не хочу никакого суда, а просто хочу, чтобы все это закончилось. И никогда больше не видеть Лодингера.

Ну… теперь и не увидит. Ни Броджек, ни Лодингера. Не думаю, что Мик настолько идиот, чтобы сунуться к Танни после случившегося. Не знаю, был ли его папаша в курсе видеозаписи, но в том, что от него ему тоже влетело знатно, сомневаться не стоит. Не того он положения человек, чтобы спускать сыночку такие пятна на репутации.

— Ясно, – сказала я.

Что ничего не ясно.

— Мне пора. – Танни поднялась и внимательно посмотрела на меня. – А тебе пора подумать о своих чувствах и о том, чего ты хочешь на самом деле.

— Кто-то слишком умный, да?

Сестра показала мне язык и выбежала с кухни, а я подперла руками подбородок, глядя на падающий за окном снег. Невидимое под пеленой туч солнце уже взошло, и с каждой минутой становилось светлее настолько, насколько позволял клубящийся за окном белый рой, липнущий к окнам. Я повернулась, глядя на шпиль Лаувайс и чувствуя, как внутри меня тоже что-то светлеет. Танни права, а я… Я не представляю, что получится из нашего с Рэйнаром разговора после всего, что было.

Не знаю, но сегодня вечером обязательно это выясню.

— Даже на коммерческой основе девицы вешаются на мужчин не так пошло.

— Вы же сами хотели откровенности! – воскликнула Кармина.

Она интимно прижималась к Юммеру, по сюжету Элла соблазняла Стена.

Безуспешно.

— Откровенности, а не вульгарщины. Шоу «Горячий язычок» хорошо для тех, у кого нет подружки. На сегодня закончили.

Гроу на ходу подхватил сигареты со сцены, махнул рукой и направился к дальним дверям.

Сегодняшний день показался мне бесконечным. Большую часть времени мы прорабатывали общую сцену, в которой Стен приводит Люси на семейное торжество. Именно там она знакомится с его родными, Эллой и с высшим обществом, которое в большинстве своем смотрит на нее свысока, зато герой Хиггинса сразу обращает на нее внимание и пытается сблизиться. Признаюсь, играл он так, что я бы сама ни за что не заподозрила в этом харизматичном мужчине злодея.

По количеству задействованных лиц сцена была чуть ли не самой большой и насыщенной событиями. Мы все выкладывались на полную, но летали по сцене, как шерсть во время драки виаров, потому что Гроу не нравилось то одно, то другое. Зато сегодня он больше никого не целовал, и все были счастливы. Не знаю даже, кто больше: Юммер или я. Когда моей руки касался Стен, с ума сходила только Люси, и это меня целиком и полностью устраивало. Равно как и то, что Гроу больше не пытался меня лапать. Мне хватало пристальных профессиональных взглядов, от которых драконица начинала приглушенно урчать.

Бесстыжее животное!

— Мне кажется или он сегодня не с той ноги встал? – прошептала Тарина, когда мы шли в сторону гримерных.