Книга Поющая для дракона. Между двух огней, страница 146 – Марина Эльденберт

— Эрри, – тихо произнес Рэйнар.

Виари как ветром сдуло, я даже порыв воздуха ощутила и едва различимый шорох крыльев, а меня обожгло яростью. Огненной, ураганной, страшной, мгновением позже сменившейся холодом.

— Что ты здесь делаешь? – жестко спросил он.

Хлесткое сильное «здесь» ударило наотмашь.

Во мне как-то разом кончились слова. Не сказать чтобы их было много, но они то и дело возникали между строк, когда я пыталась читать. Или когда сидела на кухне, поднималась в эту спальню, вдыхала его запах. Слова о том, что он мне дорог, как он мне дорог – может быть, немного нелепые, наивные, неловкие. Какие есть. Но бессмысленные, потому что он не хочет их слышать. Не поверит. Что бы я сейчас ни сказала – не поверит. Да и надо ли вообще что-то говорить?

— Сплю, – сообщила я.

Ярость, бушевавшая в нем, словно передалась мне. Но я совершенно точно не собиралась ее скрывать.

— Ты же сам сказал, что до окончания пресс-конференции мне придется остаться.

Поднялась и уставилась с прищуром, такого он точно не ожидал.

— Ты поэтому осталась? – Голос его стал низким и каким-то глухим.

— А почему же еще? – приподняла брови. – Кажется, у меня не было выбора. Приказ правящего, все такое.

— Приказ? – прорычал Рэйнар. – Не было выбора?

— Ага. Не хочу больше в таэрран ходить.

— Ты хотела остаться. – В интонации дракона вплетался скрежет когтей по камню. – Уже передумала?

— Ты тоже хотел, чтобы я осталась. – Дышать почему-то стало больно, как и выносить этот взгляд, резавший сердце до крови. – Так что изменилось теперь? Хотелка отвалилась?

В его глазах полыхнуло опасное пламя.

— Не стоит говорить со мной в таком тоне, Леона.

— Да ну? – рыкнула я, чувствуя, что начинаю дымиться. – То есть тебе можно смотреть на меня как на пустое место, можно снисходительно заявлять: «Что ты здесь делаешь?» с видом, будто застал блохастую виари у себя в постели, а мне нет? Может, я и не элитная драконесса для элитных драконят, но так относиться к себе не позволю!

— Зато другим ты позволяешь многое.

Кровь обожгла щеки. Глядя ему в глаза, вскинула руку и выразительно отогнула средний палец.

— Выкуси! – сообщила с выражением. – Драконище!

— Драное? – угрожающе-тихо произнес он.

— Тупое!

Глаза его потемнели, а затем вспыхнули так, что даже Лаувайс слегка померкла за окном, но я уже не могла остановиться.

— Тупое, слепоглухонемое и пылелучеводонепроницаемое! – выдохнула я. – Не признающее ничего, кроме фактов, сводок и заданной программы! У тебя хоть кнопочка есть для перезагрузки или ты просто в спящий режим уходишь?

Меня уже колотило от непролитых слез, от скованной льдом нежности, которая вот-вот превратится в осколки. Держать лицо, Леона. Держать лицо! Но как его держать, когда сердце бьется в сумасшедшем ритме, словно его швырнули в поток сходящей с бешеной скоростью лавы.

— Именно факты, – Рэйнар выделил последнее слово, – способны о многом рассказать. Впрочем, для девочки из низов это нормальное поведение.

Девочка. Из. Низов.

Сказано это было именно с той интонацией, которая запомнилась мне, когда я впервые была у него в кабинете на головокружительной высоте Лаувайс.

С моих рук сорвались два сгусточка пламени и прямой наводкой устремились в него. Рэйнар увернулся.

Шварк!

Элитные жалюзи сыпанулись искрами и занялись… элитно.