Книга Танцующая для дракона. Небо на двоих, страница 63 – Марина Эльденберт

— Что – нет? – переспросила Джамира.

— Ребенка. Беременности. Ты сказала, что мне нельзя уйти во время съемок, я сделала это после. Больницы, знаешь ли, работают круглосуточно.

Режиссер побледнела.

Натурально так побледнела, а потом вылетела из номера, при этом чудом не сбив с ног бывшего режиссера, который смотрел на меня, недобро прищурившись.

— Что, прости, ты сделала? – поинтересовался Гроу, медленно наступая.

— Что я сделала. Что я делаю. Что я буду делать – не твоя забота, – сообщила я, сложив руки на груди. – Направление сменил. Дверь там.

Надо отдать ему должное, остановился. Небезнадежен, значит.

— Ты сделала аборт, Танни?

Я в своей жизни много чего видела, в частности, злого Гроу. Очень злого Гроу – тоже, но вот таким, с раскрывшимся во всю радужку зрачком, из-под которого рвалось знакомое пламя, на этот раз обжигающее, чтобы спалить дотла, – еще нет. Меня и без пламени нехило так трясло, а после этого вообще тряхнуло основательно.

— Дверь. Там, – напомнила я и отвернулась.

Зря. Как выяснилось в следующий момент, драконы умеют перемещаться бесшумно. Я почувствовала движение за спиной, но сделать ничего уже не успела – меня толкнули к стене, а на моей шее сомкнулись пальцы. Буквально. Мягонько так сомкнулись, но с явным намеком.

— Ро-о-о-он! – заорала я.

Натурально так заорала, и в следующий миг Гроу оторвали от меня с такой силой, что меня чуть не оторвали вместе с ним.

— Прости, – виновато произнес Верт, когда я по инерции пролетела несколько метров.

— Совсем сдурел?! – Глаза Единички стянулись в две узкие щелки, вспоровшие их вертикальные стилеты зрачков раскалялись в огне алого пламени.

— Свалил бы ты… Местерхард, – процедил Гроу.

— Свалишь ты, – несмотря на пламя в радужке, говорил Рон холодно. Не просто холодно, слова крошились с ледяным треском. – И если еще раз увижу подобное, я буду действовать по протоколу.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга, и от пламени в номере даже кондиционер начал потрескивать, после чего Гроу метнул в мою сторону убийственный взгляд и направился к двери. Следом за ним шагнул Верт, а Рон посмотрел на меня:

— В порядке?

— Ага, – сказала я.

— Точно? – Вальцгард прищурился.

— Точно. Точнее некуда. Я в душ, – кивнула на открытую дверь ванной.

— Если что…

— Да. Да, спасибо.

Дверь с грохотом захлопнулась: это вышел Гроу. Потом захлопнулась уже тише – за вальцгардами. Я посмотрела им вслед и пошла в душ. Надо же мне было когда-нибудь туда сходить.

Из зеркала на меня глянула вообще не я. Отсутствующий взгляд был настолько отсутствующим, что я только минут пять вглядывалась в отражение, пытаясь найти следы от пальцев Гроу на своей шее. Разумеется, их там не было: он не сжимал пальцы, но кожа все равно горела, словно по ней прошлись языки огня.

Во рту пересохло, а руки дрожали так, что маечка треснула, когда я тянула ее через голову. С шортами все было проще: они джинсовые, а значит, прочнее. Я сунулась под душ, подставляя горящее лицо прохладным струям воды, потом чуть прибавила горячей. От горячей меня почему-то опять затрясло, и пришлось снова врубать холодную. Парадокс, но именно холод смыл с меня тряску, от которой зуб на зуб не попадал.

Растерлась полотенцем и вышла в комнату, на ходу промокая мокрые волосы.