Книга Танцующая для дракона. Небо на двоих, страница 200 – Марина Эльденберт

— Витхар, не стоит.

— Что ты решила, Теарин?

— Я останусь на праздник. Завтра посмотрю Аринту, а послезавтра уеду.

Он был прав. В спешке бежать можно было Теарин в таэрран, но не Теарин Ильеррской. Пусть даже разница между нами заключалась лишь в том, что теперь я – бывшая правительница Ильерры, положившая начало мирному сосуществованию людей и драконов.

Черты его лица обозначились резче, брови дрогнули, словно собираясь сойтись.

Вместо этого он положил руки на спинку стула.

— Прошу, садись.

Мне было не привыкать к дипломатическим завтракам, но сегодня я чувствовала себя лишней. В этой комнате, где были счастливы двое, которых больше нет.

Я обратила внимание на то, что нам не прислуживают. Стол был накрыт, но травяной напиток Витхар наливал мне сам. Все это было неправильно, и я едва удержалась от того, чтобы его остановить.

— Что будешь есть?

Мне пришлось выбрать. Исключительно потому, что я всеми силами старалась свести этот завтрак к дипломатическому, чем бы он ни был на самом деле.

— Мой отец был влюблен в мать, когда она еще была человеком, – произнес Витхар, – но ты это и так знаешь. Он оказался смелее меня: сразу предложил ей стать его женой.

— И иртханессой.

— Это был единственный способ, благодаря которому они могли быть вместе.

— Не единственный. – Я вздохнула. – Он просто не рассматривал вариант жениться на простой женщине.

— О чем ты говоришь, Теарин?

— О том, что твой отец был очень силен. Он обладал властью, не сравнимой ни с чем, и он мог взять в жены любую. Правда, для этого ему пришлось бы всю жизнь сдерживать пламя и, возможно, пережить парочку мятежей. Возможно, даже выступить с войском за ту, кого он любил.

— Ты знаешь, что ее не принимали даже тогда, когда она стала перворожденной.

— Я знаю, что наше общество больно пламенем. Оно не видит того, что у него под носом – сильное пламя не способно разбавить кровь человека. Больше того, сила иртхана именно в том, чтобы выбирать, с кем ему быть.

— Твои мысли… – Витхар вздохнул. – Временами я не понимаю тебя, Теарин. Совсем. Иногда мне кажется, что это слишком, а иногда…

Он замолчал и, заметив мой взгляд, подал мне соусницу.

— Иногда?

— Иногда мне кажется, что они опережают время на много столетий. Что однажды все будет именно так.

— Надеюсь. – Я улыбнулась.

— На что?

— На то, что мы сможем стать единым целым, а не разрозненными ячейками общества, разделенными пугающей силой драконов.

Теперь улыбнулся он.

— Тебе стоит об этом написать. О том, что ты сейчас говоришь мне.

— Я пишу. Я пишу почти обо всем, что со мной происходит, с того дня, как покинула Ильерру. Сначала мне это было нужно, чтобы не сойти с ума, теперь… это, скорее, привычка.

Витхар приподнял брови, внимательно на меня посмотрел.

— Ты удивительная женщина, Теарин. Наверное, ты никогда не перестанешь меня удивлять.

Он помолчал и добавил:

— В твоих записях есть что-нибудь обо мне?

Его пальцы коснулись моих, когда он подал мне тарелочку со сладостями. Это было настолько интимно, настолько легко и просто: мне вдруг показалось, что я обо всем забыла. Забыла, с какими мыслями сюда шла, забыла о прошлом, о том, что до сих пор во мне не перегорело. И о том, что послезавтра я уезжаю.

— Я пришла сюда не за этим.

Слова способны разрушать и возводить стены. В этом я убедилась на собственном опыте: когда проводила переговоры, не раз приходилось четко обозначать границы. Быть единственной правящей женщиной в мире, увы, нелегко, но это тоже дает массу преимуществ.