Книга Мой лорд из другого мира, страница 20 – Марина Эльденберт

Ключ в замке повернули совершенно неожиданно: мы со зверушкой подскочили. На пороге появился мужчина моих кошмаров. Хотя при свете дня Гордон не выглядел зловещим, скорее злым и невыспавшимся. Рубашка и брюки помяты, словно их владелец спал там, где его застал сон. На щеке отпечаталось то, на чем он спал. Волосы взлохмачены, глаза прищурил, а рука за ботинком тянется… Что?!

Зверушка разинула огромную пасть, оскалилась и с диким воплем бросилась на Гордона раньше, чем я моргнула. Он успел ловко выпрыгнуть из ботинка и врезать промеж глаз моему новообретенному питомцу, который нацелился на его лодыжку. Животинка заскулила, потрясла мордой и тут же шмыгнула под кровать.

— Вот скотина! — выругался лорд-страж, полез следом и, судя по визжанию, ухватил зверушку за длинный хвост.

Да он в самом деле садист! Вот же… изверг! Как можно так обращаться с живым существом? Я ухватилась за ногу Гордона и стала оттаскивать его от кровати.

— Пусти! Да пусти же!

Лорд-страж задергал конечностью, но никто из нас не желал сдаваться. Вот и изображали сцену из «Репки»: тянем-потянем, а вытянуть не можем.

Победила зверушка. Она выскользнула из рук Гордона и скрылась в огромной дыре в углу комнаты. При свете дня прекрасно было видно, куда она сбежала ночью. Да уж, в такой лаз даже я при желании пролезу. Мы с лорд-стражем выпали на ковер, запутавшись в моих юбках. Так и барахтались, пока злющий, как стадо диких собак, Гордон схватил меня за плечи и потряс до звездочек перед глазами. Ну и силища у него!

— Что ты вообще творишь?

Что я творю?! Да еще немного, и ты бы зверушку без хвоста оставил, гад бессердечный!

— Защищаю фауну вашего мира! Нельзя так обращаться с животным! Оно маленькое и беззащитное!

— Беззащитное?!

Гордон отодвинулся от меня, а мне стало стыдно за свое невежество. Но только на минутку: я ведь не обязана знать все правила и законы чужого мира, к такой поездке, между прочим, меня никто не готовил. Так что поднялась и только обиженно сопела, пока Гордон ползал под кроватью.

— Каков паразит, прогрыз себе норы и теперь путешествует по дому.

Может, я действительно не права, и у них такие тараканы? Но лучше уточнить.

— Значит, это и есть Зверь?

— Да.

— Почему ты его так называешь?

— Ему подходит.

По мне так милой зверьке больше подходили клички вроде Пряника или Пушистика.

— Я же говорил тебе держаться от него подальше.

Как будто меня должно утешить такое объяснение. Я уперла руки в бока, и, когда Гордон наконец-то выполз из-под кровати, заявила:

— Знаешь ли, когда меня похищала твоя химера, туристических буклетов не вручила. Откуда мне знать, что это такое, если до твоего прихода животное ластилось и мурчало? Неудивительно, что оно ведет себя как зверь, при таком обращении-то.

На этот раз Гордон приподнял обе брови:

— Мурчало?

— Ладно, не то чтобы мурчало, но съесть меня не пыталось, — и нетерпеливо добавила: — Так что оно такое?

— Мое наказание, — устало пробормотал Гордон и потер переносицу. — Это химерец. Мозгов у них не больше, чем у белки. Мне еще и со злобным характером достался: он набрасывается на людей, портит мебель, жрет как лошадь, вот теперь дыру в стене сделал… Обычно их заводят чокнутые любители экзотических тварей.

— А ты, конечно же, не такой? — Ой, кажется, я тоже стала приподнимать бровь — это заразно. Даже скепсис в голос просочился.