Книга Королевская магия, страница 87 – Марина Эльденберт

— Вы? – взгляд Ликровеца стал еще более ликровецким.

— Я, – кивнула с совершенно невинным видом. – Понимаете, когда Зигвальд… его светлость сказал мне, что его сестра похищена, я так взволновалась, что у меня вырвалась магия. И кажется, я чуть не спалила здесь все. К счастью, его светлость был рядом и сумел все исправить, то есть спасти и меня, и эту комнату.

Я обвела гостиную взглядом.

— Но, возможно, мы как-то повредили схему в процессе спасения меня от магии.

— Эту схему повредить не так уж легко, – нахмурился Ликровец.

— Да? Она настолько сложная? – я приблизилась к нему, оставив совершенно не ожидавшего такого поворота событий Райнхартагвальда за спиной. – А что за схема? Вы мне расскажете?

Я закусила губу и положила руку прямо на мундир Ликровеца. Тот замер. С таким видом, как если бы я на него плюнула или наступила. Или, что еще хуже, укусила или собиралась укусить. Как змея.

— Обычная защитная, – сообщил он под взглядами гвардейцев, приросшими к его груди в том самом месте, где ее касались мои пальцы.

— То есть несложная?

Ликровец шагнул назад, я шагнула за ним.

— Расскажите же мне. Я очень хочу знать, что меня защищает и как. Особенно после того, что случилось в поезде!

Он уже явно не знал, куда деться, потому что я – то есть моя рука – отлипать от него не собиралась, гвардейцы опускали глаза, и в целом ситуация становилась пикантной.

— Обычная! – рявкнул Ликровец, неожиданно бодро отскочив назад, и скомандовал гвардейцам: – На выход! Я буду за дверями, а что касается вас, ваша светлость, хочу напомнить, что вы находитесь наедине с ее высочеством, и что ее репутацией лучше не рисковать. Или, если говорить прямо, ваш разговор – исключительно одолжение ее величества, о котором никто не должен знать.

— Разумеется, – голос Райнхарта звучал как-то странно, тем не менее он продолжил, – вы можете быть уверены, что я ни коим образом не хочу навредить репутации ее высочества. Более того, наш разговор уже почти закончен, и если бы вы не ворвались, я бы вышел отсюда через пару минут.

Ликровец, напоследок зыркнув на нас своим рыбно-прозрачным взглядом с морозной свежестью, коротко кивнул и вышел, а вот Райнхарт, к которому я повернулась… Райнхарт прикрывал рот рукой и изо всех сил старался не расхохотаться. Определенно, внешность Зигвальда пошла ему на пользу.

Ему шла улыбка. Хотя, конечно, сейчас она шла его брату, но я почему-то видела именно его лицо. Как оно преображается, как из его глаз уходит эта бесконечная серьезность, а из черт – напряжение и жесткость.

— Я сказала или сделала что-то смешное? – поинтересовалась, наклонив голову.

— Я тебя недооценил, Алисия, – произнес он, наконец, – во всех смыслах.

— Меня многие недооценивают, – я невольно понизила голос, мало ли какие там есть прослушивающие схемы у Ликровеца и его команды. – Ну а теперь жду объяснений, что это была за схема, и как тебе удалось с ней разделаться, пока ты заговаривал мне зубы.

— Схем было две. Одна – на твоем платье.

— Что?!

— Да, в одном из этих красивых камушков, – Райнхарт почти коснулся моего лифа, но вовремя опомнился. – Вторая – вот там, у окна. Предполагаю, что все они являются прослушивающими с целью отследить все, что ты говоришь и что делаешь.

Я хмыкнула.

— Что? – теперь этот вопрос задал уже он.