Книга Королевская магия, страница 74 – Марина Эльденберт

До меня доносится шум приближающихся шагов прежде, чем я успеваю ответить. Это не тюремщик, у него поступь тяжелая, грузная, а здесь чеканный шаг, какой бывает у военных. Десять минут не истекли, так что я настораживаюсь, мысленно зову Розу. Моя львица отзывается, но пока ментально.

Появившийся из-за угла Себ заставляет меня слегка расслабиться. Слегка, потому что герцога Марирского здесь быть не должно. Кажется, он того же мнения обо мне.

— Райнхарт? Что ты здесь делаешь?

— Тот же вопрос к тебе.

— Я по делу в Аелуре, и узнаю, что ты здесь.

Он смотрит на мою мать, затем на меня и улыбается. Так улыбаться может только Себ: слегка кривит губы, но глаз эта улыбка не касается. Я прекрасно знаю, что означает этот взгляд. Он хочет знать, о чем мы говорили, но сегодня обойдется.

— Я тоже не на экскурсии. Прощайте, леви Виграсс.

Мать все понимает либо слишком боится Марирского, потому что с потухшим взглядом отступает к койке.

— Прощайте, ваша светлость.

Я поворачиваю рычаг и между ней и нами появляется буквально вырастает стена. Что самое интересное: стена непонимания, кажется, окончательно рухнула. Я больше не чувствую злости, мне действительно стало легче, и теперь все, что я хочу – докопаться до сути заговора. Поэтому чем меньше внимания я буду уделять Виграсс, тем лучше. Для ее же безопасности. Как знать, возможно, Аелура сейчас самое защищенное место.

Я разворачиваюсь и возвращаюсь теми же коридорами, а Себу приходится идти следом.

— Зачем ты виделся с ней? – спрашивает он.

Себ не только друг отца, он мой друг, но, если верить словам матери, сейчас я не могу верить даже семье. Мачехе. Зигвальду. Никому, кроме Алисии и эри Лимор.

— Хотел посмотреть в глаза той, что чуть не убила королеву.

— И принцессу, – кивает герцог Марирский.

— Мне нужно разобраться с заговором против нее.

— Нам всем нужно.

— Удалось узнать, кто напал на наш поезд?

— К сожалению нет. Договаривался обо всем их главарь, а он погиб в сражении.

Его убил Ликровец. Что только доказывало, что заговор ближе к короне, чем можно представить.

— Я рад, что ты вернулся в Барельвицу.

— Я тоже, Себ. А теперь извини, я хочу повидаться с семьей.

Я прощаюсь с советником перед выходом из крепости, сажусь в мобильез и еду к Жанне. Но стоит мне войти в один из городских особняков Барельвийских, как мачеха в слезах выбегает мне навстречу.

Как будто мне мало на сегодня рыдающих женщин.

— Райнхарт! Элеонор! Она пропала!

Я холодею.

— Что значит «пропала», Жанна?

— Они с Диной поехали кататься на лодках в парк, утром, должны были вернуться к полудню. Но уже два, а ее нет.

— Они отправились без охраны?

— Что ты, Райнхарт, их сопровождает Винсент и два лакея.

Винсент – маг и телохранитель Жанны, поэтому сковавший меня холод немного трескается. Мачеха любит преувеличивать, но интуиция интуиция кричит, что в последнее время рядом со мной и моими близкими слишком много опасных совпадений.

— Успокойся, Жанна, я во всем разберусь. Ты отправила лакея к Полинским?

В этот момент двери распахиваются настежь, и в холл влетает прозрачная дикая кошка. Прихрамывающая, рассыпающая волшебные искры и раскрывающая пасть в беззвучном рычании.

Я с трудом узнаю в этом призраке маджера Эле.

Рысь смотрит на меня раненым взглядом и падает на пол.