Книга Королевская магия, страница 62 – Марина Эльденберт

За спиной негромко рыкнул лев: оказалось, пока мы разговаривали, он бесшумно приблизился и теперь сидел в двух шагах от меня, не сводя взгляда с Дорианы. Что касается меня, я всегда восхищалась этой женщиной. Мне она казалась прекрасной, волшебной, утонченной, возвышенной. Очень сложно сохранить эти эмоции, когда понимаешь, что она распоряжается твоей жизнью и жизнью твоих близких за твоей спиной.

Может быть, она и впрямь королева, но я – принцесса. По праву рождения, и если у нее с этим какие-то проблемы, то я могу прямо сейчас покинуть дворец.

Не знаю, что она прочла в моем взгляде: мои мысли или же просто решимость, но на кровать указала уже гораздо мягче – кивком, и точно так же мягко произнесла:

— Мы нехорошо начали. А тебе не стоит стоять так долго после того, что случилось. Это было очень отважно, – она кивнула на Эдера, – и я знаю, что это существо необычное, почти живое, но все же именно задача маджера защищать своего создателя, а не наоборот.

Кстати, о его создателе.

— По какой причине мне запрещены все аудиенции?

— А ты как думаешь?

Мы все-таки сели: я – на край кровати, Дориана – в кресло, где проводил время целитель, восстанавливая меня.

— Два покушения на тебя за столь короткий промежуток времени – начиная с отравления в доме эрцгерцога Барельвийского и заканчивая происшествием во время путешествия. Нет ничего удивительного, что я сокращаю круг тех, кто может быть с тобой рядом. Лишних людей нам не нужно, по крайней мере, пока ты не восстановилась полностью и пока мы не сформировали круг твоей личной охраны. Я лично проверю каждого гвардейца, который будет тебя защищать.

— Его светлость эрцгерцог Барельвийский никогда не был для меня угрозой…

— Но и защитой он тоже не был, – хмыкнула Дориана. – Он допустил то, что тебя чуть не отравили и то, что произошло в поезде. Тебе повезло, что твоя магия оказалась сильнее алой схемы и разрушила ее. С одной стороны.

— А с другой?

— А с другой – управлять ею ты пока не умеешь, и это еще одна причина, по которой тебе не стоит встречаться с посторонними. Ты же не хочешь, чтобы пошли слухи, что дочь короля не владеет собственными силами?

Все, что она говорила, было правильно. Я даже могла понять ее мотивы относительно мамы, точнее – я могла понять ее мотивы, если бы была на ее месте – но только не на своем. Моя мама всегда останется моей мамой, будь я цветочницей или принцессой, никому не известной Алисией, несостоявшимся драматургом, или королевой. Этого никто и ничто не изменит, ни общественное мнение, ни этикеты, ни какие бы то ни было резоны.

Поэтому сейчас я произнесла:

— Я благодарна вам за заботу, ваше величество, но я по-прежнему остаюсь при своем мнении. Моя мама должна быть рядом со мной, и это я обсуждать не намерена. Что касается аудиенций, я полностью с вами согласна. Мне не нужны лишние встречи, и я не стану подвергать ни себя, ни других людей опасности, а неустойчивость своей магии – раскрытию. Но его светлость Барельвийский меня очень хорошо знает, равно как знает всю подноготную моей магии. И я бы очень хотела поблагодарить и его тоже за…

Я так и не придумала за что. Фраза «я просто хочу его увидеть» не вписывалась в мои представления о том, что можно привести в качестве достойной причины. Эта небольшая заминка стоила мне права голоса: