Книга Королевская магия, страница 128 – Марина Эльденберт

— Я бы не стал за это браться, если бы не был уверен в результате.

— При всем уважении, ваше величество. Ваша светлость, – лекарь покачал головой. – Вы оба существенно пострадали от действий заговорщиков. Я бы не рекомендовал вам сейчас напитывать схемы, нам нужно избежать последствий и осложнений.

— Тогда я сделаю это одна, – мой голос прозвучал на удивление спокойно.

— Алисия, нет. Мы не можем так рисковать. Я не буду так рисковать. Тобой.

— Это не риск, я просто волью силу магии в схему и позволю ей спасти Зигвальда.

Райнхарт явно собирался мне возразить, но Гориан поднял руку.

— Если моя дочь хочет кого-то спасти, мы здесь бессильны. Я ведь еще не успел рассказать, как она ходила по стенам дворца, а после ударила самый опасный в мире медальон жемчужиной гъерда.

Его светлость на мгновение замер, явно переваривая новости о моей ночной вылазке, и это дало мне стратегическое преимущество.

— Я не прощу себя, если не сделаю все, что могу, – сказала тихо, – ты же это понимаешь?

И, к моему облегчению, он кивнул.

В комнате Зигвальда лекари провели последние приготовления, а я напитывала силой разгорающуюся все ярче схему. От обилия составных частей уже рябило в глазах: чем больше в ней становилось королевской магии, тем ярче полыхало Зигвальдово спасение.

— Все готово.

Лекарь взмахнул рукой, и схема медленно поплыла к кровати, чтобы потом мягко опуститься, накрыть Зигвальда, впитаться в его тело и раствориться в нем.

Тело Зигвальда выгнулось дугой, и я от неожиданности вцепилась в Райнхарта. Над стоявшими вокруг кровати лекарями заискрила магия. Я видела, как рождаются, вспыхивают и тают огоньки, вспарывающие воздух от напряжения, как на лбах тех, кто стоял лицами к нам, выступает испарина.

Миг – и над кроватью полыхнуло алым.

А после… над Зигвальдом раскрылся золотой купол, тонкими сияющими нитями протянувшись, кажется, в каждую клеточку его тела. Не представляю, сколько времени прошло, но я очнулась от удара сердца.

— Все! – воскликнул один из лекарей. – Все! Схема сработала! Опасность миновала!

Я наконец-то всхлипнула и бросилась к нему. Мужчины расступились, а я опустилась на кровать, вглядываясь в бескровное лицо. Как раз в ту минуту, когда веки Зигвальда дрогнули, и он приоткрыл глаза.

— Так и думал… – произнес еле слышно. – Что… спокойно… мне сдохнуть не дадут.

Я рассмеялась – не то от нервов, не то от облегчения, нахлынувшего на меня разом, как тот наполненный королевской магией купол, контуры которого уже давно растаяли в воздухе.

— А на что ты рассчитывал? – спросила, уже не сдерживая слез. – Мы с тобой еще не придумали красивые имена твоим маджерам.

— Он рассчитывал спокойненько помереть и оставить нас разгребать все без его непосредственного участия, – хмыкнул Райнхарт. – Подожди, еще будет ныть, что мы спасли его экспериментальной схемой.

— Вы… спасли меня… экспериментальной схемой?

Кажется, сейчас смеялись даже лекари. По крайней мере, за нашими спинами раздались сдавленные смешки.

— Ну прости. Не было времени проверять ее на ком-то еще, – видно было, что Райнхарт тоже доволен. Хотя и едва держится на ногах.

— Все, все, – мужчина, который вчера лечил Райнхарта, выступил вперед. – Его светлости нужен покой. К вам это, кстати, тоже относится. Я должен напитать схемы, а вы должны просто лежать и восстанавливаться.