Книга Золотая мгла, страница 92 – Марина Эльденберт

Я стянула шляпку, поднялась и направилась к реке. Несмотря на июнь, вода оказалась потрясающе теплой, внизу застыло неровное илистое дно. Постоять по щиколотку здесь не получится – берега крутые. Я вздохнула, оттолкнулась от земли и нырнула. Вода сомкнулась над головой, тихо зазвенело в ушах, стирая все оставшиеся на поверхности звуки. А потом мир расцвел буйством красок, ослепительной зеленью и отражающимся от зеркальной глади солнцем.

Плавала я не так быстро, как Анри, когда оказалась у берега, муж протянул мне руку и помог взобраться наверх. В зубах он держал веточку цветов – бледно-голубых, цвета небесной синевы в разгар дня. Чуть поодаль, в тени, раскинулись целые заросли кустов с крупными ярко-зелеными листьями. Лавиния в два счета сказала бы, как они называются: мелкие, чем-то похожие на сирень, меня же ботаника особо не вдохновляла. Но Анри с цветочками в зубах… Я не выдержала и рассмеялась.

— Мне нравится твой смех.

Он протянул мне тонкий стебелек.

— Что это?

— Это лунник. За неимением лучшего…

Мне живо расхотелось смеяться.

— Начнем сначала. Леди Тереза, вы согласны стать моей женой?

Я замерла, и Анри не шевелился. Просто смотрел мне в глаза, безо всякой насмешки. Расстояние между нами было… если было… от силы несколько дюймов. Я почти прижималась к обнаженному мужу, с волос текло, одежда облепила тело, повторяя все изгибы. И веточка цветов перед глазами – крохотные тонкие лепестки с ниточками прожилок. В горле неожиданно пересохло.

— Вы не любите сорванные цветы, я помню. Но нести вас в кусты – это перебор. Так вы окажете мне честь или мне катиться куда подальше?

Капельки, блестящие на загорелой коже. Пристальный взгляд, одуряюще-жаркая близость. Голова закружилась, точно я уже приложилась к вину. Ни одно солнце не способно обжечь так, как мой муж.

— Хорошо.

— Хорошо докатиться?

Снова эта легкая насмешка.

— Я согласна.

Этот голос не может принадлежать мне, определенно не может. И не я приняла из его руки этот дурацкий цветок.

— Чего ты хочешь, Тереза?

— Наш обед остался там.

Я кивнула в сторону противоположного берега, но он притянул меня к себе. Сильные пальцы запутались в моих мокрых волосах, Анри легко потянул пряди, заставляя слегка запрокинуть голову. Я всхлипнула, чувствуя горячие губы на прохладной от воды коже – там, где бешено бился пульс. А потом он меня поцеловал: неизмеримо нежно, чувственно и мягко накрыл мои губы своими, раскрывая, лаская их языком.

Ох, нет. Это уже слишком. Как бы далеко мы ни забрались, это просто непристойно.

Я уперлась руками ему в грудь.

— Хватит.

Голос звучал хрипло, я приложила пальцы к губам, словно стараясь избавиться от наваждения поцелуя. Терпкого, с горьковатым травяным вкусом цветочного сока. Сердце колотилось как сумасшедшее, но меня не собирались отпускать.

— Сегодня мой день, – зачем-то напомнила я.

— Чего ты хочешь, Тереза? – повторил он: хрипло, насмешливо, горячо.

Золотистый ободок вокруг раскрывшегося почти во всю радужку зрачка. Колдовские глаза моего мужа, от которых невозможно отвести взгляд. И невозможно совладать с пожаром, что бушует внутри.

— Тебя, – еле слышно выдохнула я и невольно облизнула губы.

Мне точно напекло голову. Никогда больше не пойду с ним купаться, никогда…

О-о-о-ох… Меня подхватили под бедра и прижали к ближайшему дереву. Сильный, грубый рывок – и я впилась зубами в руку, чтобы заглушить стон безумного животного наслаждения.