Книга Золотая мгла, страница 88 – Марина Эльденберт

— Незадолго до того, как мне должно было исполниться пять, на конюшнях случился пожар.

Я словно снова была маленькой: бегала по парку, пытаясь ухватить бабочек за крылья, совершенно не думая о том, что после этого они уже не смогут взлететь. Помню, как няня изменилась в лице, помню, как обернулась и увидела густой черный дым, поднимающийся над Мортенхэймом: солома и деревянные перегородки в стойлах схватились разом. Помню, как меня подхватили на руки и побежали к замку.

Во внутреннем дворе стоял страшный шум: суетились слуги, выкатывая бочки с водой, истошно голосили собаки, трещало лопающееся дерево, ржали напуганные лошади – большинство уже успели вывести, но Луни среди них не было. Его загон располагался в самом дальнем закутке, в суматохе о нем просто забыли. Конюшни полыхали, жар стоял такой, что дышать невозможно.

Анри гладил меня по волосам, а я неосознанно положила голову ему на плечо, ладонью впитывая сильные удары сердца.

— Когда я поняла, что случилось… будто сошла с ума. Брыкалась, царапалась, укусила няню за руку.

— Это на тебя похоже.

Я слабо улыбнулась.

— А потом бросилась к нему. Прямо в огонь.

Помню, как нырнула под руку слуги, попытавшегося меня схватить, пулей пролетела вдоль стены и метнулась внутрь.

— Только дети на такое способны – не раздумывая, броситься в огненный ад.

— Не только.

Вард оказался рядом, это и спасло мне жизнь. Он бросился за мной, подхватил на руки у самого входа, но перекрытия не выдержали жара, пылающие балки обрушились прямо на нас.

— Он накрыл меня собой. Когда нас вытащили, он был уже мертв – ему перебило шею. В тот день я впервые упала на грань.

Помню, как меня вытаскивали из-под неподвижного тела, только что двор был полон цвета, звуков и запахов – и вот уже меня окружал совсем другой мир. Я смотрела на белое пламя, лижущее изломы стен своими раскаленными языками, на лежащую без чувств няню, а из-под рук расползалась тьма. Не знаю, обо что я поранилась, но ладони кровили. Глядя на Варда, я знала, что он мертв – так же, как Луни, и это знание раздирало меня изнутри. Помню, как завыла, запрокинув голову, как слуги шарахнулись в стороны и как брызнувшая из меня ледяная тьма поглотила пожар до последней искры.

— А еще помню, как поднялся Вард: со стеклянными глазами, неестественно запрокинутой набок головой. Поднялся, подхватил меня на руки и понес прочь из этого кошмара. Потом я потеряла сознание.

— Тереза, ты создала куклу-защитника в пять лет?

Я пожала плечами. Да, звучит дико и неправдоподобно. Последняя кукла появилась около сотни лет назад: сильнейший некромант того времени решил прыгнуть выше головы. Куклу он все-таки создал, за пару месяцев ее существования сам чуть не превратился в зомби. В конце концов этот горе-испытатель решил, что ему хватит менее опасных умений. Упокоил свое создание и занялся чем попроще. Разработкой приграничных заклинаний, если не ошибаюсь – даже парочку толковых сочинил. С тех пор таких опытов больше не повторяли.

Анри заглянул мне в глаза.

— Как ты вообще жива осталась после такого?

— Не знаю. Наверное, мне повезло. Дважды.

В тот день я навсегда привязала себя к грани, впитала смерть, и теперь она всегда со мной. Недаром некромагов сторонились даже в древности, а многие из них добровольно отказывались раскрывать силу: такое могущество просто так не дается. Единожды впустив в себя тьму, избавиться от нее уже невозможно. Правда, со временем и кошмары перестают мучить и чувства притупляются. Сожалею ли я о том, во что превратилась? Пожалуй, нет. Сожалею только, что не могу вернуть Варда по-настоящему. Но воскрешать мертвых не может никто.