Книга Золотая мгла, страница 105 – Марина Эльденберт

Сердце понемногу замедляло бег, но легче не становилось. Привалившись щекой к прохладной стене, я обхватила портьеру. Дрожало все – от кончиков пальцев на ногах до последней поджилки. Никто и никогда не вламывался в мое сознание, никто не обращал против меня магию – сильную, древнюю, облеченную в безумие вседозволенности. Сегодня я справилась, но что будет дальше?

— Тереза!

Дверь распахнулась, Анри бросился ко мне.

Какие же дикие у него глаза… никогда не видела его таким. Он схватил меня за плечи, встряхнул, вглядываясь в лицо. Усилием воли я заставила себя разжать ледяные пальцы, отпустила портьеру и посмотрела на потускневший браслет. Черные прожилки расползались по золоту, как яд по крови. У него – тоже. Почему-то оказалось неимоверно трудно просто перевести взгляд на его запястье.

— Тереза, что случилось?

Он прижал меня к себе, согревая. Какие же сильные у него руки…

Я хотела ответить. Даже подняла на мужа глаза.

И рухнула во тьму.

— Ну напугала ты меня сегодня, – голос мужа доносился сквозь звон в ушах, далеким отголоском. Я кивнула и взялась за приборы.

— Приятного аппетита.

Если честно, еле проснулась. Стоило разлепить веки, как голова взорвалась болью, а потом на нее словно надавила невидимая рука, вжимая в подушку. Перед глазами плавало встревоженное лицо Анри, поэтому я собрала последние силы, соскреблась с кровати и отправилась умываться. А после настояла на завтраке в столовой, чтобы не вызывать подозрений. В памяти еще слишком свежи воспоминания о том, каким я увидела мужа после встречи с Эриком: серо-зеленое лицо, запавшие глаза. И кровь, капающая на рубашку. Не хотелось, чтобы он снова совался к этому психу и тем более использовал силу. Каждый всплеск мглы отнимает у него годы жизни, а Эрик играет магией, как ребенок солдатиками.

В приоткрытое окно врывался напитанный жарой воздух. Несмотря на это меня знобило так, что зуб на зуб не попадал. Вилка и нож предательски задрожали, звякнули о тарелку, и я поспешно вернула их на место. Нет, не стоит даже и пытаться, меня вывернет первым же съеденным куском. Или подавлюсь первым глотком, поэтому пусть лучше сок остается там, где он есть – то есть в стакане.

— Тереза, как ты себя чувствуешь?

Анри сжал мою руку, на столе остывал нетронутый завтрак.

— У меня сегодня не самый лучший день… Если ты понимаешь, о чем я.

Мне повезло, что так совпало. Женское кровотечение, посетившее сразу после обморока, разрывающийся от боли низ живота, бледность, темные круги под глазами и все как полагается. Иначе вряд ли удалось бы сохранить случившееся в тайне. Кошмары некромагов – слабая отговорка. Иногда во сне, когда сознание расслабляется, мы неосознанно уходим на грань. Такое случается редко, но если случается, не вытягивает столько сил. Я же после встречи с Эриком едва держалась на ногах. Меня тошнило, шатало, голова напоминала котелок, по которому всю ночь лупили поварешкой.

— По-моему, тебе лучше лечь.

— По-моему тоже.

Я поднялась из-за стола, мир перед глазами ушел в сторону, но я даже не успела зацепиться за спинку стула. Поняла только, что падаю, почувствовала, как меня подхватили на руки и понесли наверх. Пинком открыли дверь, устроили на кровати и завернули в одеяло. А после мужчины обложили меня со всех сторон: с одной – Кошмар, порывающийся добраться до моего живота, чтобы на нем улечься, с другой – Анри, отгоняющий его.