Книга Леди Смерть, страница 195 – Марина Эльденберт

— Счастье порождает большие запросы. Когда они окажутся за воротами школы, заботиться о них будет некому.

— А несчастье – озлобленных старых мегер, вроде мадам Горинье, которые ни о ком заботиться не умеют.

Он притянул меня чуть ближе. Ровно настолько, насколько позволяли приличия.

Чтобы пройти очередной круг в танце в молчании.

Затем еще.

И еще.

Когда оно уже становилось невыносимым, над цветком раскинулся полог безмолвия, поглощая наш разговор.

— Я не чудовище, леди Тереза. По крайней мере, не такое, каким вы меня представляете. Но управлять людьми, знающими, что есть голод и холод, гораздо проще. Со временем вы поймете.

— Не думаю, что стану кем-то управлять.

— Ошибаетесь. – Его улыбка скользнула змеей: по губам, по шее и по обнаженным плечам. – Что скажете, если я отдам вам Равьенн?

О…

— Зачем это вам?

— Подарок. В знак моего особого расположения.

Свежий, смолисто-горький аромат, смягченный тонкими древесными нотками, обтекал нас, подобно магии. Замкнутая в коконе его пристального внимания, я уже не могла отступить. Не принять нельзя и принять – тоже. Демоны бы побрали все эти интриги с дипломатическими подковырками. Демоны бы побрали Симона с его интересом! Нужно мне ваше особое расположение, ваша светлость, как коню – пятая нога на холке, а тем более откровенное об этом заявление.

— Необычный подарок.

— Необычный подарок для особенной женщины, леди Тереза.

Угу. Особенная, на всю голову.

И что теперь делать? С расположением, необычностью и со змеем, который оборачивается вокруг меня с каждой минутой танца все выше и выше, сковывая по рукам и ногам.

— Не беспокойтесь по поводу сплетен. Равьенн находится на землях графа, а после того, что вы сделали для воспитанниц школы… Все более чем прозрачно.

— Это слишком большая ответственность, ваша светлость.

— Не верю, что вас пугает ответственность.

Ох, как же внимательно нужно подбирать слова.

— Не могу, – и только в уме оставляем «не хочу и не стану», – принимать такие решения, не посоветовавшись с мужем.

Короткое раздражение, как хлесткая пощечина под замораживающим зельем. Пока что ее не чувствуешь, да и след проступит не сразу. Но проступит обязательно.

— Разумно. Надеюсь, граф не откажется задержаться у меня в гостях, чтобы обсудить этот вопрос.

Мне отчаянно захотелось выпить.

— Я не сумел уделить вам достойного внимания в этой суете, но надеюсь исправить упущение.

Желательно коньяка.

Мы остановились, когда последние ноты растаяли вместе с магическим многоцветьем. Симон склонил голову и поцеловал мои пальцы в ответ на реверанс, лишь на миг отвлекся – взять с подноса два бокала вина, чтобы потом снова вернуться ко мне. Танцы сменяли один другой, а время тянулось, как каша, которую обязательно нужно съесть и которая в тебя уже не лезет. К Эльгеру подходили постоянно: каждый желал с ним переговорить и поблагодарить лично, а я на правах хозяйки вечера сопровождала его повсюду. Как следует прочувствовала, какой титанический труд принимала матушка на свои хрупкие плечи во имя организации всяких празднеств – если любой из гостей мог спокойно сбежать, ей всегда полагалось быть на виду.

И разговаривать, разговаривать, разговаривать.

И улыбаться.

Бароны, виконты, графы, князья…

— Приятно было лично познакомиться с вами, князь.