Книга Драконова Академия. Книга 4. Том 2, страница 29 – Марина Эльденберт

На этот раз Тэйрен нахмурилась. Слова Хааргрена больше не казались полной бессмыслицей. Больше того, она вдруг задумалась – а что, если он прав? К бесценным, очень нужным вещам не относятся так, как Адергайн относился к этой девчонке, но если бы он показал свой к ней очевидный интерес, уберечь ее было бы гораздо сложнее. А так есть Рэнгхорн, который любому за нее голову оторвет, и до поры до времени он ее хранитель. Но что будет потом? Зачем эта Лена нужна брату на самом деле?

— Вижу, ты задумалась. Хорошо, – Хааргрен легко оттолкнулся от стены. – Продолжим этот разговор, когда будешь готова.

Со свойственным ему превосходством, он развернулся и направился к дверям.

— Не боишься, что этот разговор я передам Адергайну? – зло выплюнула она.

Хааргрен обернулся. Уголок его губ дернулся ввысь, а после тут же вернулся на место.

— Я ничего не боюсь, Тэйрен. А вот ты снова стоишь перед выбором: чьей смерти и унижения ты хочешь больше? Моей? Или его?

Он вышел, хлопнула дверь.

Которую на этот раз никто не запер.

Глава 8

Лена

В столовую я утром не попала, а в аудитории сегодня царила непривычная тишина. Даже любители пообщаться и поперекрикиваться сидели тихо. Соня уже была на месте, и, заметив ее, я помахала рукой. Она ответила на приветствие, и, пока я поднималась к четвертому ряду, заметила, что ни Ярда, ни Люциана нет. Почему-то последнее особенно сейчас нервировало. Умом я понимала, что из Даррании ему никуда не деться, но что-то внутри все равно неприятно дергало. В частности, потому что сегодня сон повторился, впору хоть проси зелий каких. Расслабляющих. Может, у меня психологическая травма после встречи с алтарем Горрахона и Адергайном? А точнее, пусть это она и будет. Пожалуйста.

— Ты что какая нервная? – спросила Соня, когда я села рядом. – Все еще переживаешь из-за антимагических земель?

У-у-у, если это все так навскидку заметно, боюсь даже представить, что дальше будет.

— Ну да. Можно и так сказать. Не каждый день оказываешься без магии в мире, где все делается с ее помощью.

Я не сказала про видения даже ей. Не сказала и про Адергайна, но Соня, кажется, не особо стремилась узнавать подробности моего провала в непонятные края. Она очень обрадовалась, когда я сказала, что займусь ритуалом сама, вот и сейчас первым делом сжала мою руку:

— Когда мы сможем начать?

— Мне нужно добраться до записей Валентайна. Попросить его дать их мне так, чтобы не вызвать подозрений, – вспомнив наш с Ярдом предыдущий эпик фейл, я поняла, что не решусь повторить эту невыполнимую миссию, даже если Валентайн мне откажет. Ну а с другой стороны, с чего ему мне отказывать? Я уже придумала, что сказать: хочу поизучать то, что живет во мне. Не думаю, что это звучит подозрительно, особенно учитывая наше с Ленор разделение на «светлый-темный». В конце концов, я могу делать это при нем, так вообще никаких вопросов не будет.

Вчера мы просто не успели поговорить: он опять ходил на границу, проверять, что там и как по всей линии, а когда вернулся, огорошил меня новостью про переговоры с Адергайном. Разумеется, рассказывать об этом было никому нельзя, и я была искренне благодарна, что он со мной поделился. Когда-то мы пообещали доверять друг другу во всем и всем делиться, поэтому такая откровенность значила очень и очень много. Мог бы ведь и не говорить – государственная тайна и все такое, а он… Словом, вчера было вообще не до темных материй. Как бы парадоксально это ни звучало: в последнее время, что в моей, что в его жизни их и так было слишком много.