Книга Не жизнь, а роман!, страница 265 – Юлия Меллер

— Подумать только, я же не могла даже представить, что мой портрет, нарисованный Леоном, сыграет такую роль!

— Дед верил, что вы появитесь в его жизни, когда будет построено устройство, но…

— Я понимаю, слишком рано для реализации его проекта, ведь тогда не было возможностей… Его постигло разочарование?

— Сложно сказать, что он думал и чем жил. Мы знаем, что женился он очень поздно и сделал это под давлением отца, но дед не расставался с медальоном. Отреставрировал его и приделал новый замочек, чтобы носить его на цепочке. К сожалению, дедушка погиб при испытании своего устройства. Бабушка его прокляла, и как только сочла возможным, отстранилась от своего сына, нашего отца, вышла замуж и доживает где-то в Австралии.

— Простите, — Катерина поискала глазами платок и, схватив его у Этьенна, принялась вытирать глаза.

Эмэри оттеснил сыновей:

— Ну всё, хватит, — рассердился он на сыновей.

— Па, она должна знать, что значит для нашей семьи. Она наша!

— Брысь, — прогнал мальчишек Эмэри, и они неохотно отошли от столика, но продолжали, насупившись, смотреть на Катю.

— Мне так жаль, — она обвела всех печальным взглядом и наткнулась на их удивление. Ребята фыркнули.

— Наш род особенный! — с гордостью произнёс Этьенн, а Луи одобрительно кивнул. — У нас много веков хранилась Тайна и мы первые, кто получил работающую машину времени. Если бы отец не нашёл вас, то это сделал бы Луи или я, когда вырос.

— Вы… странные, — выдохнула Катя, — но милые.

Все трое разулыбались, а она добавила, словно извиняясь: — Я тоже теперь немножко странная для современного мира.

Эмэри опустился перед ней на корточки и, заглядывая в глаза, спросил:

— Катюша, едем за твоими? Не хочу больше терять ни минуты.

Она вопросительно посмотрела на ребят.

— Мы поможем собраться, — уверено ответил Луи, а Этьенн стукнул себя по груди кулаком, копируя жест воинов.

Через три часа вся мужская компания, включающая в себя Эмэри и четырёх мальчишек мал мала меньше, окинула напоследок хозяйственным взглядом опустевший Катин дом и, усадив старенькую, но бойкую мадам Лидию со слегка растерянной внучкой, поспешила домой.

А дальше… пока мадам Лидия наводила твёрдой рукой порядок в доме Морриттов, вытесняя доверенных служащих из жилой части дома в отдельную и заполняя гостевые комнаты друзьями Луи или племянниками Эмэри, Катерина в полной мере познавала мужское обожание.

Не только Эмэри, вся его семья относилась к ней с каким-то пиететом. Сам же хозяин дома не выпускал её из рук, стараясь предугадать любое желание и исполнить. Она смеялась, грозилась, что он избалует её, и она станет невыносимой капризулей, а Эмэри испытывал такой подъём душевных сил, испытывал такое счастье, что даже стал петь, часто подхватывая Катю и увлекая её в танец. Она расцветала в лучах его любви и щедро дарила в ответ свою любовь без ограничений и опасений.

Сыновья и их гости подшучивали над ними, видя их кружащимися в танце без музыки под собственный голосовой аккомпанемент, мадам Лидия говорила, что у Эмэри нет слуха, а Катюшка просто обязана освоить народные танцы, чтобы утереть нос вальсирующим французам, но им было все равно. Счастье обрушилось на них, и они выплёскивали его, как умели, не боясь быть смешными или нелепыми.

Эмэри ни одним словом не преувеличивал, когда признавался Катеньке, что с момента встречи не представлял, как жить дальше без неё.