Книга Во славу человечности!, страница 341 – Юлия Меллер

Как бы не ревновал Гор Аню к Вартеку, а тот так и не научился скрывать своего восхищения человеческой правительницей, он назначил его ответственным за весь учебный процесс в империи. Аня хотела заступиться, зная, что муж потом строго спросит с Вартека, но он ей пояснил:

— Аня, не принижай своего любимца. Он же не один будет этим заниматься!

— Как не один?

— А ты вспомни Риза-снабженца. Назначаешь главу семьи — значит, поручаешь всё дело семье.

— Но Вартек не глава…

— Он имеет вес в семье, так что он если и не всех членов задействует, то большинство.

Во время пути решались многие вопросы, назначались на новые должности никому не известные ранее оборотни, и к концу поездки уже стали проявляться первые сложности. Но это лишь показывало, что назначенцы работают, уже меняют жизнь, а не сидят тихо и они не страшатся спрашивать, не скрывают проблемы.

Но самое неожиданное и необычное приобретение случилось в городе широкогрудых волков. Наиболее крупные из всех, любящие покрасоваться статью, и вечные соперники Чёрных.

Аня всё удивлялась, как Гор с ними не расправился, но как оказалось, ещё его отец погулял среди них и подчинил стаю широкогрудых. Они встретили императора с рычанием, зная, что с последнего совета не вернулся их вожак, впрочем, как и бета Гора, ответственного за их земли.

Аня даже думала, что их ночью пожгут, но вскоре выяснилось, что те рычали от страха. Клан широкогрудых крепко держали не только со стороны чёрных, но и их вожак отличился. Он устанавливал, кто с кем будет жить, кто чем займётся, кто сколько должен платить ему из заработанных денег и всегда хвастал, что он ближайший друг Гора. Так что, не зная подробностей гибели своего вожака, широкогрудые готовились к смерти за то, что не уберегли его. Но сильнее всего Аню поразила другая история, связанная с вожаком широкогрудых.

Два года назад один из его младших сыновей сильно поранил ногу и, не дожидаясь лекаря несколько раз менял ипостась, надеясь унять боль. В результате кости сдвинулись так, что исправить уже ничего было нельзя, мальчик остался хромым. Мать ребёнка и его самого выставили на улицу.

Сплетники, повторяя слова своего вожака, называли мать и жену самкой, родившей калечного щенка. Несложно догадаться, что случилось с молодой красавицей, выброшенной на улицу, раз она не прожила дольше года. А вот мальчик дотянул до Аниного появления, и не благодаря чьему-то сочувствию, а случаю.

Пока была надежда восстановить ножку, он лежал в кровати, обласканный участием родственников, скучал и начал учиться. Всего лишь за пару месяцев пристрастился к этому делу. Потом лекарь осмелился сообщить, что более он ничем не может помочь ребёнку — и жизнь изменилась. Обо всём, что было ранее, пришлось забыть и выживать.

Все родственники отвернулись, боясь вожака, а уйти из города было нельзя, ведь они не Чёрные волки! Да и куда идти? Поначалу мать прятала его, боясь, что приходящие к ней за развлечением волки убьют его, освобождая её от калеки. Потом одних любовников сменили другие, попроще и погрубее, и он больше никого не волновал, лишь бы не попадался под ноги. Вскоре вновь одни ушли, новые пришли, но еду как плату за ночь оставляли. А дальше и эти перестали ходить, то есть самцы ходили, но никто уже не считал нужным платить. А защиты не было.