Книга Искалеченный мир, страница 44 – Юлия Меллер

-Не слушает, дурище, крохотульки память имеют и пытаются сами собраться обратно. Вот соберётся твоя печёнка на кухонном столе у поварихи, приготовит она её, будешь локти кусать, - рассердился сущность.

-Вы так сказали, я думала, что ...

— Не спорь, а действительно думай. Общий настрой частичкам придать надо, да и дальше что делать, заранее осмыслить стоит. Время у тебя ещё есть, но если протянешь, то лорд сам неладное заметит и проведёт чистку замка.

Наигравшись со светлячком, пока он ощущал свою хозяйку и, перестав светиться, женщина решила полетать по замку. Немного соскучилась.

На кухне всё как прежде, поварихи делали свою работу. В мисках у них всё перемешивалось, ножи шинковали, резали, посуда мылась, а женщины контролировали процесс и самостоятельно только подкладывали продукты на доски или перекладывали в кастрюлю и то не все утруждали себя. Во всём остальном им в помощь была магия владетеля.

Воины несли службу, в одном из залов на нижнем этаже добивали страшное животное с клыками и горящими глазами.

"Жуть", передёрнулась женщина и поспешила дальше, оберегая свою нервную систему. Гориллообразный начальник гарнизона рычал на воинов, требуя порядка, Лафер, сильно сдавший за последнее время, сломленный, принимал работу у ткачих, заканчивающих свой рабочий день. Вся эта замковая суета, немного испортила настроение женщине. Тоскливо стало от своей эфемерности. Захотелось тоже чем-то заняться, пообщаться, поделиться бытовыми новостями, устать наконец.

В раздражённом состоянии она полетела к лорду. Душа требовала картины под названием тоскующий и казнящий себя за смерть жены владетель.

Преодолев преграды, которые её цепляли, но сильно не задержали, иномирянка устремилась сначала в гостиную, потом в спальню. Тишина могла бы соответствовать картине тоскующий муж, но три девицы, выставляющие зады напоказ никак не вписывались.

Лорд Нарие расслаблено лежал, раскинувшись на кровати, возле его головы, склонилась красотка и целовала его. Вторая наглаживала тело и толстыми губами мусолила соски, третья раскорячилась в паховой области и старалась там. Все при деле.

Растерявшись от увиденного Алёна Игоревна впала в прострацию. Сначала "Ах!", потом стеснительное "Ой!", а далее снова "Ах ты!", но не с неловкостью, а со злостью. Подлетев ближе, отчего-то стало очевидно, что девушки не живые существа, а созданные. Не веяло от них никакими чувствами, даже от червяка в яблоке увидишь больше эмоции, чем от этих копошащихся девиц.

Женщину от всего затошнило. Как можно было предпочесть кукол живому человеку? Ведь не мальчик уже, неужели не надоело. Зачем вообще женился? А эротические модели всё старались, изредка издавая причмокивающие звуки. Владетель кончать не собирался, был ленив и расслаблен.

"Кусили бы они его что ли. Всё взбодрился бы", брезгливо подумала землянка. Из вредности подлетела ближе к кукле, сидящей внизу, и гаркнула ей в ухо.

-Кусай!

От раздавшегося вопля задрожали стены, и Алёну Игоревну первую вынесло вон из замка, еле у купола затормозила. Кто ж знал, что все три модельки одновременно сожмут свои зубки на том, что было в данный момент во рту.

Лорд пострадал очень конкретно, и каждое место было интимным. Когда иномирянка узнала, то честно испытала чувство неловкости, смешанное со злобной недостойной хорошего человека радостью и стыдливо покинула не только замок, но и купол миновала, справедливо ожидая, что сущность её за содеянное не похвалит.