Книга Искра. Волчьими тропами, страница 114 – Юлия Меллер

— Достаточно доски и нашей с Рёхом и Порртом силы. Даже не совсем доски, — мужчина оглянулся и показал на горбыль. — Мы успеем до ночных заморозков снять или хотя бы сгладить раскисший снег, — азартно объявил он. — Но завтра опять всё подтает — он с жалостью посмотрел на ножки Искры.

— Зато в первой половине дня будет гладко, и мы успеем сделать все важные дела, не раня ступни! Да и дети спокойно побегают, — поддержала она его идею, излишне бурно радуясь.

С её стороны было трусостью отправить сейчас Рохха подальше. Они могли бы посидеть вместе, многозначительно помолчать. Не всегда требуются разговоры, чтобы почувствовать единение и счастливые всполохи, но Искра сидела как на иголках — и всё из-за него!

Были бы они в городе, то всё было бы прекрасно, а здесь… Как выстраивать отношения на глазах у всех? Как показать свою эрудицию и продемонстрировать умение вести хозяйство? Как познакомить его со своей жизненной позицией и доказать широту взглядов? И как в этих условиях быть красивой и элегантной?

Рохх окинул девушку внимательным взглядом и, вздохнув, занялся работой. Он с самого начала знал, что просто не будет, да он и не желал этого. Сойтись, сделать щенка и разойтись — это не для него.

Даже будучи юнцом, он жёстко контролировал попадание своего семени в тело прогнувшейся перед ним самки. Получать каждый год по щенку, а то и по два-три, ему претило. Он сомневался, что сможет их всех любить, и одно время даже корил себя за чёрствость.

Он видел, как многие щенки брата гибнут один за другим, будучи ещё совсем крохами. Рохх чувствовал, что это неправильно, но он сам так рос! И только когда первенец Старха научился хорошо говорить, то Рохх осознанно стал прислушиваться к требованиям маленького оборотня, и тогда у него сформировалось чёткое понимание, что о детях нужно заботиться намного больше, чем делает это стая. И тогда же Рохх обратил внимание на самок, привечающих своих малышей. Наблюдая за ними у него появилось много конкретных вопросов к остальным, на которые не нашлось ответа.

Постепенно Рохх стал мечтать об особенной самке, но свои грёзы он запрятал глубоко внутри себя, потому что реальность ничего общего не имела с его расплывчатыми мечтами.

Всё изменилось, когда его зверь учуял Искру. Сероглазая красавица стала для него всем с первого взгляда, и даже философия о достойных или недостойных самках полетела к лешему в яму. Первым потерял голову его зверь, а потом и он сам.

И как же сладко было знакомиться с этой дивной оборотницей, как приятно было восхищаться ею, хотя нарастало беспокойство по поводу того, каким он сам выглядит в её глазах.

Первые дни его бросало из крайности в крайность, а потом уже он стал понимать, насколько сложна встреченная им самочка. Она запрещала себе жить инстинктами, но не игнорировала их бездумно. Она многое желала, но контролировала свои желания ответственностью. Она поступала как должно, следуя своим убеждениям, но при этом не позволяла себе задушить эмоции и превратиться бездушное существо.

Рохх хотел понять Искру, но чем больше они проводили время вместе, тем более далёкой и недосягаемой она ему казалась, пока племянник не фыркнул насмешливо:

— А ты сам разве прост? Стая знает Рохха-воина, я знаю заботливого дядю Рохха, для моего отца ты был братом, другом и соперником, а есть тот Рохх, которого ты прячешь внутри себя. Мы все его чувствовали, хотя ты не спешил его показывать нам.