Книга Грася, страница 90 – Юлия Меллер

Его величество Долар пребывал в бешенстве, и больше всех от него доставалось тайному ведомству. Это они должны были выяснить, что вообще происходит в королевстве. Главными подозреваемыми для всех считались твари с изнанки, но эта версия возникала только потому, что никакой другой не было. У народа, в отличие от магической аристократии, предположений набралось великое множество.

Вспоминались старинные легенды, одна диковинней другой, подозревались соседствующие расы. Самой верной из всех почему-то казалась версия, что морские обитатели решили устроить глобальное наводнение и захватить королевство. Соперничать с этим могла только версия о конце света, и наименее популярной была идея о проникновении тварей изнанки в столицу. И, тем не менее, по официальной версии, причиной взрыва, разрушившего дворец военного советника, считалось нападение на него тварей изнанки. Люди нехотя включались в обсуждение подробностей, с сомнением предполагали, как могла бы выглядеть проникшая в столицу тварь, и всё же, нет-нет, да и раздавались в конце каждого разговора подобные слова: «Помяните моё слово, нутром чую, что изнанка тут не при чём! Привыкли всё валить на прорывы, а у меня в крепости дети служат, они пишут, что вялая нынче, эта изнанка. Тревожит их иногда, пугает, но давно уж без ярости».

В общем, чтобы ни говорили, а столица переживала тревожные дни. Переживал город в целом, переживали улицами, переживали лично.

Зибору, к примеру, сослуживцы доложили, что его подружка, с которой он был в театре, приходила к лэр-ву Фероксу и вылетела оттуда пробкой. Мужчина с подозрением смотрел на своего начальника и, едва дождавшись окончания рабочего дня, помчался домой.

Однако Грася явилась довольно поздно, в сопровождении высокого чина, а ещё от неё пахло алкоголем. Он уложил её спать, не вступая в разговоры, а утром устроил допрос.

Грася поначалу лениво вертелась в ответах как уж на сковородке, не желая втягивать друга в своё расследование, после того как её выставил его начальник. Но он наседал, не отпускал девушку, и она разозлилась на него за грубость. Обычно, разругавшись, они расходились по комнатам, но в этот раз мужчина не отпустил её.

— Грася, я хочу знать, зачем ты приходила к лэр-ву Фероксу и откуда ты знаешь лэр-ва Робуса. Что говорила им, что они тебе сказали. Что тебя связывает с ними?

Девушка же сердито думала: «он хочет знать, а я не хочу говорить!». И всё же, он не отпускал её, спрашивал снова и снова, выматывая занудством, пока она не расплакалась, не узнавая своего Зи. Слёзы подействовали верно, и друг отступил.

— Хорошо. Скажи мне, Ферокс оскорбил тебя?

Грася, думая только о деле, удивлённо посмотрела на него.

— Ну, вообще-то, ничего хорошего он мне не сказал… — начала она, но осеклась, глядя на реакцию друга.

Зибор поднялся, а девушка медленно сделала к нему шаг, другой.

— Зи, ты чего? Не надо…

О, это нейтральное выражение лица и удивительно спокойный взгляд она знала с детства. С таким взглядом Зибор защищал её от мальчишек с соседней улицы, которые решили проучить девчонку за то, что дала им всем нелицеприятные прозвища, которые намертво к ним приклеились. Ещё она видела такой же взгляд, когда Зи провожал её поздним вечером домой от лэры Куны и к ним привязалась уличная шантропа. С этим же взглядом он шёл против любой группы в крепости, если слышал, что пытались зло подшучивать над Грасей или сплетничали об её женских прелестях.