Книга Боярышня Дуняша 2, страница 91 – Юлия Меллер

Однако же теперь не стоит вопрос о продаже отцовой Зорьки, а вскоре она сама себя кормить будет, возя Доронинскую брусчатку в Кремль. Кощунство впрягать тренированную для боев лошадь в телегу, но приходится выбирать из двух зол меньшее: Зорьке требуется уход и хороший корм, а это стоит подороже человеческой еды.

Остальная челядь пока оставалась под присмотром соседской ключницы, и хоть та называла их дармоедами, но кормила вдоволь, а заодно делала подарки лекарке за лечение Саввы.

Его состояние оставалось тяжёлым. Боярин держался на грани, но время шло, а хуже ему не становилось, и это зарождало надежду. Дуня каждый день забегала посмотреть, как ухаживают за боярином и учила подружку, на что надо обращать внимание при уходе за больным. Мотя в полной мере ощутила, каково без отца жить, и старательно исполняла все наставления лекарки и Дунины. Пожалуй, что Дусин авторитет был для неё выше!

— Дунь, ты бы обвязала свои рушники из приданого, — заметила Маша. — Уж больно красиво получается.

— Некогда, — отмахнулась Дуняша, нервно раздёргивая липнувшее к рукам тесто. Его надо было складывать на особый лад, а у неё всё свелось к отщипыванию кусочков.

— Да оставь ты его! — Маша сердито отняла тесто и плюхнула его на новенький стол. — Без тебя есть, кому хлеб приготовить.

— Это не хлебное тесто, а для рогаликов! И можешь поверить мне на слово, делается оно не просто, — обиделась Дуня.

Что-то она устала и не столько физически, сколько морально.

— А мне всё равно! — повысила голос Маша. — Тебе давно пора уже начать вышивать свадебные рубахи для себя, мужа и свекрови! Или ты думаешь, что в последний момент сумеешь это сделать?

Дуня вытаращилась на Машу и невольно выдала:

— Да ты белены объелась?

Мария захлопала глазами, а потом резко развернулась и убежала. Дуня хлопнула себя по лбу и побежала за сестрой. Её нападки были вызваны предстоящей поездкой в Псков, Маша изо всех сил старалась казаться старше и все её мысли были о том, чтобы угодить возможным будущим родичам. Ванечка Пучинкин до сих пор занимал почётное место в её грезах.

— Машунь, ну куда ты торопишься? — начала уговоры Дуня, когда догнала сестру и сразу поняла, что взяла неверный тон. Та не желала слушать, что ещё мала, что сейчас лучшая пора жизни и потом уже не будет беззаботности ни в делах, ни в мыслях.

— А ты думаешь, что всё сделается враз и само по себе? — ополчилась на неё Маша. — Ты бы хоть иногда садилась с нами за работу и тогда поняла, сколько времени занимает шитьё.

Дуня съёжилась и виновато посмотрела на сестру. Она права. Дуня правдами и неправдами избегает сидения за шитьем, иногда прикрываясь псевдодеятельностью. Маша смягчилась, увидев раскаяние, и огорченно махнув рукой, буркнула:

— Мама вынуждена за тебя ткать и вышивать твоё приданое. Если пойдут слухи, что ты не знаешь даже, что у тебя лежит в сундуке, то над тобой будут смеяться.

— Я, может, не выйду замуж, — смущённо обронила Дуня.

— Ты что? С ума сошла? Не смей даже так думать!

Дуня отвела взгляд. Она не была против замужества, но не за пятнадцатилетнего же пацана или засидевшегося мухомора восемнадцатилетнего возраста! А старше только вдовцы с детьми, и это сулило разные проблемы, как со стороны её родственников, так и со стороны родни детей. Такое время, что всем архи важно как можно больше получить в наследство от родителей, а когда дети от разных родителей, то начинается такая грызня между всей родней! Да и есть вопросы к мужу, у которого жена умерла молодой. Вот и получается, что нет желания не только мечтать о замужестве, как Маша, а даже думать о нём, и уж тем более готовиться к нему.