Книга Дракон для семейного счастья, страница 40 – Наталья Жарова

— Нет. Мой вот, – с достоинством ответила женщина, поманив кого-то из толпы.

На свет выбрался мальчишка лет десяти. Отощалый до прозрачности, он смотрел с любопытством и особого страха не выказывал. А я разглядывала обшарпанный, явно великоватый для него овчинный полушубок и синюю от холода шею, торчащую из слишком широкого ворота.

Бедный ребенок… Руки в цыпках, щеки покрасневшие, будто свеклой натертые, носом хлюпает, а шея… Недолго думая, сдёрнула с плеч пушистый шарф и замотала эту цыплячью шейку поплотнее. Как можно в таком виде по улицам бегать?

Мальчишка неверяще пощупал обновку и вдруг зарылся в шарфик носом, шумно втянув воздух.

— Летом пахнет!

Я улыбнулась, поднимая голову, и наткнулась, как на стену, на прищуренные синие глаза моего дракона.

«Похоже, очередной шаблон лопнул, – мелькнула в голове быстрая мысль. – Сразу костёр или сначала какой-нибудь сеанс экзорцизма?»

Как ни странно, не последовало ни того, ни другого. Эйнар несколько секунд сверлил меня изучающим взором, но ничего не сказал, отвернулся и принялся расспрашивать женщину о проблемах. Выяснилось, что дом принадлежит ей, но с тех пор, как погиб муж, староста быстренько подселил сюда свою племянницу. Мол, не графиня, потеснится, раз у самой больше детишек не предвидится.

Слушая этот спокойный, обстоятельный рассказ, Эйнар хмурился, и я его прекрасно понимала. С одной стороны, шустрый староста не вызывал добрых чувств. Какое его дело, что там у кого предвидится или не предвидится. С другой – теснота в посёлке выходила за любые разумные рамки, мало ли в каких условиях жила со своей семьёй эта самая племянница.

В любом случае мне импонировало, что хозяйка не требовала выселить свалившихся на голову квартирантов и не ругала их. Спокойная тётка, выдержанная. И сына явно любит, вон как глаза светятся, едва на него посмотрит.

— Очень предприимчивый староста, – недовольно подметил Эйнар, когда мы покинули гостеприимный домишко. В окна на нас всё ещё пялились, но во двор, повинуясь знаку лорда, не пошли. – Мог бы и к себе племянницу забрать, а не подселять к чужим людям.

— Здесь не так много домов, – покачала головой я. – Вы уверены, что староста живёт намного богаче или хотя бы просторнее?

Эйнар окинул долгим взглядом кривую улочку и поморщился:

— Не уверен.

— Тогда давайте развеем сомнения, – я кивнула в сторону очередного домика и достала из муфты любимый блокнот. – Посмотрим на быт других.

— Давайте, – усмехнулся Эйнар.

Я перевела дух. Мой шарф так и остался у сына вдовы, а муж не стал поднимать эту тему. Конечно, существовала вероятность, что он вспомнит позже, а сейчас просто решил не устраивать спор при поселянах.

Мы обошли ещё несколько домов, но везде картина была такой же: теснота, бедность, скудость во всем, от утвари до пищи. В тех семьях где имелся не один мужик, а хотя бы трое-четверо, ситуация выглядела чуть получше. Но ненамного.

Мужиков же тоже кормить надо, и едят они не в пример больше, чем хрупкая женщина, а голодный мужик – не работник, это я ещё в той, прошлой жизни усвоила.

Обратно к лошади мы шли молча. Эйнар явно не ожидал, что всё настолько плохо. Я же пыталась придумать, как отбиться от возможных неприятных вопросов и подсунуть мужу мысль, что стоило бы помочь подданным.