Книга Дракон для семейного счастья, страница 14 – Наталья Жарова

— Не ойкай, – поморщилась я. Руки у девушки заметно дрожали, и от этого мне почему-то было стыдно, хотя ничего плохого лично я ей не сделала. – Ничего страшного не случилось.

— Да, госпожа! Простите, госпожа! Больше никогда не буду, госпожа!

— Полы мыть не будешь?

— Не буду, госпожа! То есть буду! То есть… простите, госпожа!

С лица девицы схлынули последние краски. Сейчас как хлопнется в обморок, и что делать?

— Ничего страшного, слышишь? Я не сержусь, – настойчиво повторила я.

— Да, госпожа. Простите, госпожа! – девушку, похоже, окончательно заклинило.

Признав поражение, лишь махнула рукой:

— Ладно, иди.

Горничная рванула прочь, будто за ней и в самом деле гналась плотоядная мумия. Впрочем, я сильно подозревала, что, выбирая между хозяйкой и ожившим покойником, девица предпочла бы покойника. И мне это совсем не понравилось.

Покачав головой, я заглянула в узкий коридорчик – панель девушка, спеша убраться от меня подальше, закрыть и не подумала. Ничего особенного. Разве что пыли побольше, да посредине стоит мятое ведро с мутной водой.

Хорошо ещё, что с перепугу шваброй не ударила. Мне-то ничего, а её бы точно инфаркт хватил.

Приглядевшись, нашла смотровую щель, упомянутую горничной, и рычаг, который открывал такую же панель, только уже в комнате.

Вот же ж… А я-то вчера задвижку задвинула и чувствовала себя в полной безопасности. То-то удивлялась, как ко мне утром служанка попала, если дверь запирала.

Интересные правила, надо запомнить, что одиночеством в этом доме и не пахнет, в любой момент кто-то может оказаться рядом.

Повозившись с минуту, поставила панель на место и пошла дальше. Спустилась вниз, пару раз свернула и неожиданно для себя оказалась перед приоткрытой дверью, из которой тянуло жаром и ароматом свежей выпечки.

— Кухня! Отлично, значит, профессиональный нюх не пропал, – ухмыльнулась я и уже положила ладонь на тяжёлую дубовую створку, намереваясь войти, как услышала голоса. Закусив от напряжения губу, застыла на месте… Разговор был слишком интересным, чтобы его прерывать.

Голоса я всегда запоминала хорошо, в отличие от лиц. В детском доме говорили, это от того, что у меня хороший музыкальный слух. Разумеется, отдать в специализированную студию никому и в голову не приходило, так что насколько правдиво утверждение, проверить не могу. Но вот на слуховую память не жалуюсь.

Сейчас я с легкостью опознала говоривших. Напуганная служанка со шваброй и неприветливая тётка, пригласившая утром на завтрак. Последняя явно была на особом положении. То ли доверенная горничная, то ли престарелая нянюшка. Но она чувствовала себя куда увереннее остальных слуг: от меня не шарахалась, зато губы поджимать не стеснялась.

Это немного удивляло.

— Тебе-то хорошо, тётя Хенрика, – хлюпнула носом девчонка, – за тебя, случись чего, хозяин заступится… А мне…

— Он и за тебя заступится, – грубовато, но с заботой проворчала тётка.

— Ага… Держи карман шире, – отмахнулась горничная. – И ведь не сделала ничего. Просто вошла. А она как выскочит! Как заорёт! Я чуть в помойном ведре не утопилась.

— А кому говорили не соваться в комнату, коли она там?

— Так я и не сунулась, – оскорбилась девушка. – Всё как велено, заглянула, присмотрелась, токмо потом зашла. Помыла всё хорошенечко и вышла. А тут она!