Книга Смерть на Кикладах. Книга 2, страница 95 – Сергей Изуграфов

— Да, – помедлив, ответил Смолев, задумчиво потирая занывший висок. – Но если это так – вся картина меняется принципиально! Мы-то с тобой предполагали, что есть два, как минимум, преступника, действовавших на свой страх и риск по собственной инициативе с целью похищения клинков. А получается, что все было спланировано заранее? Ты представляешь, сколько могут стоить подобные разработки? И к ним еще надо получить доступ! За всем этим явно кто-то стоит. Кто-то очень влиятельный, с деньгами и связями. И судя по тому, что использовалась разработка ведущего японского научного центра, это тоже японец.

— Да, ты прав, – кивнул Манн. – Мне это уже пришло в голову. Похоже, что вся эта поездка за границу – просто ширма для очень четко спланированной операции. Все было хорошо продумано заранее. Но почему они не могли это провернуть в Японии? Зачем понадобилось устраивать такой дорогой спектакль? Хотели все списать на коварных «гайдзинов»? И в чем смысл? Похитить дорогие клинки с целью перепродажи в частные коллекции? Вся коллекция миллиона на три долларов потянула бы? Как думаешь?

— Перепродажа – это, безусловно, версия. Скорее всего, может и больше потянула бы. Но неувязочка: почему остались нетронутыми более дорогие и старинные клинки из российской части экспозиции? Почему вообще взяли всего два клинка? Этот «демон-самурай» мог, при желании, вынести добрую половину мечей! Почему еще пропал лишь клинок неизвестного мастера? Где Тишкин? Странно все это! Почему не могли в Японии? Могли, наверно, но если речь идет о том, чтобы продать похищенные клинки коллекционерам за рубеж – то эта поездка решает массу проблем, в том числе – и с вывозом мечей. Японцы очень внимательно следят за тем, чтобы раритетные клинки «кокухо» не покидали территорию страны. А здесь было получено разрешение на вывоз из самых высоких сфер, я полагаю. Пора беседовать с японцами.

— Мне самому не терпится. Кстати, насчет Тишкина. Саша, ты с женой его знаком?

— Конечно, мы дружим много лет. Она уже знает?

— Да, ей сообщили, – кивнул генерал. – Ты мог бы переговорить с ней? Нам нужен доступ к его записям, компьютеру, архивам, электронной почте. Любая информация, которая сможет пролить свет на происходящее. Не хотелось бы делать это по официальным каналам, сам понимаешь: обыск, изъятие… Ей и так несладко. Опять же время потеряем! Пока в Петербурге заведут дело, пока получат санкцию, неделя и закончится. Поговори с ней по-хорошему, в конце-концов, мы и ее мужа разыскиваем!

— Конечно, не вопрос, прямо сейчас и переговорю, – согласился Смолев и набрал нужный номер телефона, который сохранился у него с давних времен.

К телефону долгое время никто не подходил. Смолев терпеливо ждал. Потом трубку сняли и усталый, слегка охрипший, словно со сна, женский голос произнес:

— Алло?

— Марина? Алло? Ты меня слышишь? Это Смолев Саша! – откашлявшись, произнес Алекс, у него самого отчего-то вдруг запершило в горле.

— Саша? Какой Саша? – произнес непонимающе безразличный голос.

— Смолев! Марина, ты себя хорошо чувствуешь? Ты помнишь меня? Я Смолев!

— Ах, Смолев! Я вспомнила. Здравствуй, Саша! – голос немного оживился.

Да что там с ней происходит, подумал Алекс. Маринка всегда была веселой и жизнерадостной, он помнит ее смех: он, словно серебряный валдайский колокольчик, звенел на их посиделках. Смолев любил бывать у них в гостях. Хлебосольная хозяйка и прекрасный кулинар, Марина обожала гостей. Она была всегда жизнелюбивой и энергичной, идеальной женой, как шутили друзья, для тихого и застенчивого Тишкина. Куда все делось?!