Книга Смерть на Кикладах. Книга 2, страница 193 – Сергей Изуграфов

Спустя полчаса, когда все уже покинули лабораторию и, уходя, погасили свет, в наступивших сумерках посреди лаборатории осталась одинокая стойка с пустой рамой от картины, словно напоминание о том, что дело еще далеко не закончено.

Винсент Ван Гог, «Ратуша в Овере»

(Из досье Интерпола: Винсент Ван Гог, «Ратуша в Овере», 1890 год. Холст, масло. 72 х 93 см. Частная коллекция. Оценивается в сумму 60 – 90 млн. долларов)

В жизни то же, что в рисовании: иногда нужно действовать быстро и решительно, браться за дело энергично и стремиться к тому, чтобы крупные линии ложились с быстротой молнии.

Винсент Ван Гог

— Послушайте, Клермон! – прорычал, теряя терпение, генерал Манн. – Хватит морочить мне голову! Если вы сейчас же не скажете мне с какой целью вы приехали на остров, я привлеку вас к ответственности! В третий раз спрашиваю: вы получали письма от неизвестного вам – или известного – отправителя с уведомлением о скорой пропаже полотен импрессионистов? Вы понимаете, что на острове помимо кражи произошло уже два убийства? Повторяю в последний раз: с какой целью вы приехали на остров?

— Никаких писем я не получал! А если и получал, не понимаю, почему это вас касается? А приехал потому, что хотел посетить выставку! – отбивался бледный Клермон, злобно ощерившись, словно грызун, загнанный в угол большим и сильным котом. – Да, и нечего на меня так смотреть! Не забывайте, генерал, что я адвокат со стажем и, между прочим, с большими связями! А ваше поведение недопустимо! Если я арестован, предъявите мне обвинение, если нет, – катитесь ко всем чертям с вашими вопросами! Один тот факт, что вы без ордера вломились сегодня с утра ко мне в номер, – уже может поставить под сомнение вашу компетентность! А я сумею его использовать при необходимости! У меня есть друзья в министерстве! И ваша карьера…

— Ну все, хватит, – внезапно успокоился генерал, вытирая платком пот со лба и обращаясь по-русски к Смолеву, сидевшему в кресле и внимательно следившему за беседой. – Полчаса крика, – и никакого толку. Этот скользкий хорек еще угрожать мне будет! Лопнуло мое терпение! Понятно, что он ничего не скажет. У него все мысли о деньгах, что он мог заработать как посредник. Сейчас я ему устрою «посредническую деятельность»! Сукин кот!

Генерал подошел к телефону и, демонстративно не обращая более никакого внимания на взъерошенного швейцарского адвоката, у которого тряслись от возмущения и злобы даже губы, набрал номер полицейского участка Наксоса, попросил позвать к трубке старшего инспектора Антонидиса и произнес по-английски звучным, хорошо поставленным басом:

— Старший инспектор! Говорит генерал Манн! Как вам известно, я имею неограниченные полномочия задержать и допросить любого, кто имеет отношение к краже картин из выставочного зала. Совершенно верно, именно об этом письменном распоряжении министерства я и говорю. Это прекрасно, что оно у вас распечатано и в руках, возможно, скоро вам придется предъявить копию месье Клермону, чтобы убедить его в легитимности наших действий. Можете подарить ему от меня экземпляр на память! А поскольку согласно распоряжению министерства вы поступили под мое командование, то вот вам мой приказ: прибыть на виллу «Афродита» через час, и, если вы обнаружите на ней гражданина Швейцарии месье Жан-Пьера Клермона, адвоката, – арестовать его по подозрению в пособничестве в краже полотен, в попытке мошенничества, шантажа и вымогательства. Записываете? Повторяю: мошенничества, шантажа и вымогательства! Записали? Отлично! Что? Добавить ли соучастие в убийстве? Отличная мысль! На ваше усмотрение, старший инспектор!