Книга Смерть на Кикладах. Книга 2, страница 137 – Сергей Изуграфов

— Петрос – настоящий волшебник, у него большое и доброе сердце, – растроганно сказала Лили. – Наша Кристи каждый день его вспоминает! Так весело смеется всегда, когда его видит! Она немного устала после пляжа, мы решили сегодня уложить ее пораньше. Она хорошо покушала в таверне. Джеймс нес ее на руках с моря: она уже заснула. С ней осталась горничная Артеми – они очень подружились с нашей дочкой. Ребенок на острове очень счастлив, Алекс! И мы тоже!

— Хорошо, – сказала Софья, улыбнувшись Лили и Джеймсу. – Я тогда распоряжусь, чтобы торт вам принесли в номер. Может быть, когда она проснется, – ей будет приятно! Проходите, пожалуйста, я провожу вас к столу.

Следующими по лестнице поднялись Мария и Димитрос Аманатидис. Мужчины обменялись крепким рукопожатием. Мария обняла Алекса и расцеловала в обе щеки с итальянским темпераментом.

— Алекс, спасибо, что продолжаете традиции виллы, – произнес с чувством Димитрос. – Мы с мамой ни разу не пожалели, что фамильная вилла Аманатидисов перешла в ваши руки! Мы вам очень благодарны! И за таверну тоже! Мама звонила на днях, ей на материк шлют письма ее старые подруги с острова, хвалят таверну и Петроса. Она просила передать вам, что у нее просто нет слов, как она вам признательна; сказала, что приедет в гости и крепко вас расцелует! Вы должны знать, что Ирини очень гордится, что таверна «У Ирини и Георгиоса» – теперь лучшая на острове. И все благодаря вам!

— Поверьте, Димитрос, мой друг, – смущенно и растроганно ответил Смолев, – в этом наша общая заслуга!

— Мы тоже скоро вас пригласим в гости, – загадочно улыбаясь, произнесла Мария. – Дом почти достроен, и мы будем праздновать новоселье! Приедут мои родители и сестры из Тосканы! Вы уже приглашены, Алекс! И все ваши друзья тоже!

— Прекрасная новость! Буду очень рад! – церемонно поклонился Смолев, жестом приглашая их пройти на террасу. – Прошу вас, друзья, проходите, вы здесь по-прежнему дома!

Софья повела Димитроса и Марию к столу, а Алекс переключил свое внимание на плотного господина лет пятидесяти пяти на вид, в очках с золотой оправой, отличном светлом костюме и белоснежной сорочке с платиновыми запонками, терпеливо и невозмутимо ожидавшего своей очереди.

— Герр Вольфганг Крамер, – перешел на немецкий язык Смолев, приветствуя гостя коротким поклоном, – рады вас приветствовать на вилле «Афродита». Меня зовут Алекс Смолев, я хозяин виллы.

— О! Вы говорите по-немецки так, словно всю жизнь прожили среди нас, – добродушно улыбнулся герр Крамер, ничуть не удивившись. – Прекрасное место, чудесный остров и, похоже, – потянул он носом, – великолепная кухня! Очень рад знакомству!

— Уверен, наша кухня вас не разочарует! Прошу вас, герр Крамер, моя управляющая вас проводит, – еще раз кивнул Смолев, проводив взглядом известного галериста, спешившего занять свое место за столом.

Судя по брюшку, решил Алекс, он вполне способен составить конкуренцию Джеймсу Бэрроу с его аппетитом, что уже успел войти на вилле в поговорку. «Голоден, как английский археолог», – шутили кухарки про какого-нибудь оголодавшего гостя, съедавшего по три порции очередного кулинарного шедевра, что выходил из рук Петроса.

Повернувшись к лестнице, Смолев увидел уже четверых гостей, что поднимались ему навстречу, быстро и весело переговариваясь между собой по-французски. Впереди шла пара молодых художников – Мари и Гастон Леблан, а за ними спешили, стараясь не отставать, еще две миловидные женщины «неопределенного возраста», как охарактеризовала их Катерина, – Моник Бошан и Джульетта Гаррель.