Книга Масамунэ и Мурамаса, страница 11 – Сергей Изуграфов

— Да-а, – протянула пожилая женщина, улыбаясь и удивленно покачивая головой. – Вот это новость! Неожиданно – это мягко сказано! Ее мать с ума сойдет! Но знаете что, Александр? Вы мне нравитесь! И меня вы убедили! Я поеду! Что мне тут паутиной зарастать?! В Греции я никогда не была, люди там свои, православные! Теплого моря я не видела лет двадцать, да и по внучке своей бестолковой уже соскучилась… А если свадьба внучки случится, так чего же мне еще желать на старости лет? Можно умирать с чистой совестью! Но я не спешу, не спешу… Последний вопрос, Александр. А зачем это вам? Вам лично? Столько хлопот?

Смолев помолчал, прикрыв глаза, словно что-то вспомнил, и тепло улыбнулся воспоминаниям. Он посмотрел на пожилую женщину и спросил:

— Вы не слышали историю о том, как много лет назад юноша по имени Петр и девушка Галя решили пожениться наперекор всему и уехали из своей деревни в Петербург? Девушке было тогда едва семнадцать лет. Помнится, что они поженились и были счастливы!

— Слышала, что-то припоминаю, – широко улыбаясь, ответила Галина Александровна. – Ну и болтушка у меня внучка!

— У меня был друг, – продолжал Алекс. – К сожалению, его больше нет с нами. Он сказал мне однажды важную вещь: «Молодые люди, которые любят друг друга, должны быть вместе. Это простая истина и высшая справедливость!» И вы знаете, Галина Александровна, я с ним полностью согласен!

— Хорошо! Вы меня убедили! – повторила хозяйка, слегка пристукнув ладонью по столу. – Дочь я возьму на себя! Она у меня упрямая, но не упрямее меня! Сама сегодня с ней поговорю! Так будет лучше.

— Хорошо, – согласился Алекс, поднимаясь из-за стола. – У вас есть номер моего телефона. С вашего разрешения я откланиваюсь! Отправлюсь дальше по делам. Спасибо большое за угощение: пирожки просто объедение! Буду с нетерпением ждать вашего звонка! Кстати, это фотографии места, куда вы поедете, я надеюсь. Они все подписаны вашей внучкой, вам будет легко разобраться.

Алекс достал из кармана толстую пачку фотографий и аккуратно положил их на стол.

Незадолго до его отъезда их принесла Ариадна, видимо она все-таки узнала про разговор. Без болтушки Катерины тут точно не обошлось, подумал Смолев.

«Передайте, пожалуйста маме с бабушкой!» – сказала Ариадна, смущенно краснея. Алекс безропотно согласился, и вот эти фото уже лежат на столе в их гостиной.

Посмотреть она их сможет и без него, так даже лучше, подумал он. Хозяйка проводила его до дверей, и скоро он уже снова шагал по набережной Невы мимо Троицкого моста и Эрмитажа в сторону Васильевского острова, подставив лицо теплым лучам северного солнца.

До Додзе идти было меньше часа. Сэнсей уже наверняка там.

Главный зал Додзе был пуст: тренировка еще не началась. Привычно разувшись перед входом, Смолев прошел к стенду, где находились доспехи, стояла стойка с боккенами^[1] и синаями^[2] разной величины. Он задумчиво провел рукой по гладкой, отполированной поверхности боккена из красного дуба. Воспоминания о событиях пятнадцатилетней давности нахлынули на него, как бурный горный ручей из легенды о двух великих кузнецах.