Книга Развод. Слишком больно чтобы забыть, страница 22 – Ольга Лукьянова

— Позже, Николь, — высвобождаю руку и направляюсь на кухню, бросив через плечо: — что на ужин? Я голодный.

— Э-м… Ничего.

Другого ответа я и не ожидал.

— Николь, иди сюда.

Она боязливо плетётся на кухню, встаёт у холодильника рядом со мной. Я демонстративно распахиваю дверцы и указываю рукой на продукты.

— Холодильник забит до отвала, а ты ничего не смогла приготовить?

— Я не успела, — шепчет, потупив взор.

Запрокидываю голову, изо всех сил сдерживаю то ли смех то ли вой.

Не успела?! Она?! Девчонка, которая вообще ничем не занимается, у которой до фига свободного времени — и не успела?!

Настя всё успевала.

И на работу ходить, и баловать меня разнообразными блюдами. Она готовила с любовью, уделяла много внимания сервировке; при ней в доме были уют и красота, и дом пах домом, а не вульгарными, приторно сладкими духами, от которых вот-вот задохнёшься.

Этот удушливый запах принадлежал Николь, он уже въелся в её белую фарфоровую кожу.

А Настя душилась иначе: еле уловимый цветочный парфюм, как раннее утро в саду, и чтобы почувствовать этот аромат, нужно было подойти очень близко, обнять её и зарыться лицом в волосах.

Интимный запах, нежный, этот аромат был только для меня.

А от Николь разит как от дешёвой проститутки.

И почему я раньше этого не замечал?..

— Я в душ, а ты приготовь что-нибудь.

— Что? — округляет глаза любовница.

— Не знаю. Что-нибудь. Омлет с помидорами и луком, например.

Не хочу смотреть на неё. Раздражает. Обхожу любовницу, намереваясь скрыться в ванной комнате и стоять долго-долго под душем в надежде смыть воспоминания о бывшей жене, которые сейчас особенно остро ранят.

— С луком? — пищит любовница.

— А ты разве глухая?

Оборачиваюсь, бросив на Николь жестокий взгляд. Её возмущению нет предела. Она поднимает свои ручонки, демонстрируя розовые ноготки.

— Котик, у меня дорогой маникюр. Этими ручками нельзя резать вонючий лук, это твоя Настька могла, а я — нет.

Услышав имя жены, волна гнева накатывает меня с такой скоростью, что вот-вот разнесу тут всё к чертям.

— Замолчи! — резко обрываю любовницу.

Николь стоит, опешив, и хлопает ресницами. Не ожидала от меня такой резкости, похожей на защиту Анастасии?

— Котик, зачем ты повышаешь на меня голос? — визжит, выдавливая из себя слёзы.

— Не смей упоминать имя моей жены, поняла?!

— Бывшей жены, Егор! Бывшей!

Любовница вспыхивает, я впервые вижу её такой смелой.

— Я не буду готовить! Я тебе не прислуга! Я, Егор, дорогая женщина и требую к себе соответствующего отношения!

И где эта болонка нахваталась таких умных слов? Она же тупая, как пробка!

— Это твоя Настя — дешёвка! Клуша! А я совершенно другая!

— Что ты сейчас сказала?! — скалюсь.

Чернота затмевает разум, я вот-вот сверну Николь шею. Сам не понимаю, почему меня так бесят её высказывания о бывшей жене.

Вот-вот разразится громкий скандал, но вовремя зазвонивший телефон спасает ситуацию.

— Алло! — беру трубку.

— Егор, мы не договорили! — скрестив руки на груди, фыркает Николь.

Я поднимаю ладонь и одним только жестом заставляю её замолчать.

— Да, привет, дружище. Как сам? — переключаюсь на разговор с приятелем.

Отхожу от любовницы, направляясь к окну. Смотрю на заброшенный сад, на кусты, которые после ухода Насти превратились в заросли и выглядят устрашающе.