Книга Развод. Я не прощаю измен, страница 95 – Натали Лин, Наталья Ван

И, когда Виолетта Степановна заканчивает свою речь и предлагает суду назначить комплексную финансово-бухгалтерскую экспертизу всего имущества ответчика, включая зарубежные счета, о которых мы лишь намекнули, имея косвенные улики, судья берёт паузу.

— Стороны предоставили значительный объем новых доказательств и заявлений, — говорит она, просматривая записи. — Для их надлежащей оценки и изучения суду требуется время.

Она объявляет перерыв, а через некоторое время, после совещания, выносит определение.

— Заседание переносится. Срок один месяц. Суду необходимо детально изучить представленные материалы, особенно в части, касающейся распоряжения общими средствами в период брака. Сторонам надлежит предоставить дополнительные пояснения в письменном виде.

После удара молотка в зале возникает шум. Денис что-то резко говорит своему адвокату, хватает портфель и, не глядя по сторонам, быстро выходит. Его адвокат, ссутулившись, собирает бумаги.

Я выдыхаю. Не поражение. И не победа. Отсрочка.

Виолетта Степановна кладёт мне на руку свою прохладную ладонь.

— Не переживайте, Ольга Сергеевна. Это стандартная процедура. Суд не отклонил наши ходатайства. Он взял их в работу. Это не значит, что вы проиграли. Это значит, что суду нужно время, чтобы убедиться в том, что мы и так знаем. Правда, на нашей стороне. Тем более, там есть все доказательства. И его двойная жизнь, и растраты, которые уходили из семьи в ущерб вашим детям. Теперь судья это увидела. Официально.

Я киваю, оборачиваюсь. Мила, Максим и Михаил уже подходят.

Сестра обнимает меня так крепко, что хрустит спина.

— Прости, что так поздно, самолёт задержали. Но я же говорила, что буду! — она отодвигает меня, смотрит. — Ты молодец. У тебя обалденный адвокат. Она гений. А он, — она кивает в сторону, где только что был Денис, — выглядел, как мышь в мышеловке. И это сделали вы. Вместе с адвокатом. Девочка моя, я так тобой горжусь.

Михаил стоит чуть поодаль, предоставляя нам время наговориться. Но в его взгляде читается та самая тихая поддержка, которая стала для меня такой важной.

— Мам, тетя Мила права. Ты не урыла отца, ты его закопала. Осталось только проехаться катком, — с гордостью бросает сын, притягивая меня к себе и обнимая.

— Еще рано судить об исходе, но я с тобой соглашусь. Если не в финансах, то я хотя бы показала ему чего стою на самом деле.

— Всё в порядке? — спрашивает Михаил, подойдя ближе.

— Всё, — улыбаюсь я ему им всем. Мила и Максим переглядываются. — Простите, что не представила сразу. Михаил, это моя сестра Мила и мой сын Максим. Моя опора и поддержка на всем моем пути. Мила, Максим — это Михаил. Заказчик, который дал мне не только работу, но и веру в себя.

Они обмениваются легкими, уважительными кивками. Максим жмет ему руку. Так по-взрослому, мужественно. Поглядывает на него, оценивая и чему-то улыбается, словно одобряя.

Мы выходим из здания суда. На улице светит холодное, яркое зимнее солнце. Я иду между сестрой, которая тараторит о своих командировках, и Михаилом, который молча слушает. Максим идет немного впереди.

Виолетта Степановна, догнав нас, коротко обсуждает со мной план действий на месяц.

Страха нет. Есть усталость, но хорошая, после боя, в котором ты не дрогнул. Есть уверенность. И есть чувство, что я не одна. Совсем не одна. И этот суд, каким бы сложным он ни был, уже не приговор моей жизни, а лишь один из этапов на пути к той самой новой жизни.