Онлайн книга «В тени эмира. Шрамы на песке 2»
|
С трудом держал себя в руках, чтобы не заткнуть его, чтобы не трепался о вещах, о которых ни черта не смыслит… «Если бы только он знал, кого она тут звала всю неделю», — зло пронеслось в его голове. И любовь к кому греет ее сердце... Тогда не стал бы тут разглагольствовать как идиот про любовь и чудесное исцеление. Рано утром, перед тем как покинуть Эми, оставив ее на попечении доктора и сестры милосердия, Фалах долго смотрел на нее, потом нежно прошелся пальцами по лицу, поцеловал в губы и ушел. А уже днем ему сообщили, что Эми пришла в сознание и чувствует себя хорошо. Проснувшись и придя в себя, единственными желаниями девушки было поесть и помыться. Но, встав с постели, она очень быстро поняла, что помыться сразу не получится: вначале надо поесть. Организм был слишком слаб и нуждался в подкреплении. После тщательного обследования доктор подтвердил, что состояние пациентки удовлетворительное, ее жизни и здоровью ничего не угрожает. Единственное, что от нее требуется, — это побольше отдыхать, есть и избегать стрессов. А уже после служанки помогли ей умыться и принесли поесть. Уже с полчаса Эми блаженствовала в ванне с теплой водой — вымытая, вычищенная, благоухающая роскошными ароматами мыла и ароматическими маслами, разбавленными в воде. Закрыв глаза, она наслаждалась чистотой, спокойствием, приятными ощущениями и медленно возвращалась к жизни… По мере того как память услужливо возвращала ее назад, в тот злополучный день, когда по собственной глупости она чуть не лишилась жизни, и восстанавливала в памяти все события, предшествовавшие ему, настроение ее падало и падало, пока совсем не испортилось от неприятных воспоминаний. Физическое состояние ее здоровья оказалось куда лучше душевного. «Восторженная дура», — почему-то сразу пришло на ум, когда вспомнила, как радовалась ночью, проснувшись и увидев Фалаха спящим в кресле… Тогда еще не помнила, что уже не нужна ему, что игрушкой пресытились и теперь от нее очень быстро избавятся, отправив в далекий чулан под названием Аль-Шамия... Там покоится всё старье, отслужившее свое и надоевшее своему непостоянному хозяину… Ей выделят место на полке, в самом дальнем углу, запихнут туда и благополучно забудут, как забыли и обо всех других бывших в употреблении у могущественного эмира Хафрака игрушках, безвозвратно осевших на старых полках и покрытых толстым слоем пыли и песка… А в эту комнату торжественно войдет другая, с высоко поднятой головой… Новая фаворитка эмира… Хмм… «Новая фаворитка эмира», — медленно прошептали губы… Фраза больно хлестнула как саблей, прошлась по самому больному… В отличие от самой Эмилии, которая до последнего боролась против этого статуса, мулатка знала, чего хочет. Она стремилась к этому и наконец добилась своего, и теперь вцепится в него всем, чем можно и нельзя, и будет делать всё, чтобы только не выпустить его из своих клещей… Она старалась не думать об этом, но не думать не получалось. О чем бы ни задумывалась, все мысли в итоге возвращались к этому… «Бедные, наверное, их надо пожалеть — она заставила их мучиться… Если бы не она со своей болезнью, то, возможно, они уже давно воссоединились бы в этой комнате…» Вода уже остыла и не приносила больше того удовольствия, от которого млела еще совсем недавно. На душе было тоскливо и совсем не радостно... Чувствуя, что зябнет, Эми решила выйти наконец из воды, прошлась глазами в поисках полотенца и вздрогнула от неожиданности… Фалах, улыбаясь, стоял рядом, обросший, взлохмаченный, но такой любимый, а в черных дьявольских глазах, пожиравших ее, полыхал пожар. |