Книга По ту сторону решетки, страница 62 – Татьяна Миненкова

— Почему? — мой голос предательски дрогнул. Днем было гораздо проще сохранять присутствие духа и смелость, но сейчас они куда-то улетучились. — Он ведь сказал…

— Во-первых, он сказал, что ты просто поможешь ему в исполнении его плана и отпустить тебя не обещал. Во-вторых, у твоего адвоката был шанс обойтись малой кровью и уступить Олегу сразу после того, как мы во вторник ему тачку сожгли…

Лазареву сожгли машину. В тот самый вторник. Да уж, паршивый у него выдался день рождения. Вот почему он отправил Лэнд в ремонт, а Харриер взял в прокат. И тогда Дэн, видимо, решил, что расставание с ним убережет меня от опасности. Да оно, пожалуй, и уберегло бы, не будь я столь беспечна и самонадеянна. Сжала кулаки от негодования, слушая, как Матвей, блаженно растянувшийся на диване после выпивки и пиццы, продолжает:

— Ты знаешь, что Олег и Лазарев когда-то были друзьями? Давно, еще в подростковом возрасте, а потом их пути разошлись и один стал влиятельным бизнесменом с хорошими связями в криминальных кругах, а другой предпочел быть белым и пушистым адвокатом, слишком много о себе возомнившим.

— Это же он сломал Земскову ногу, — ухмыльнулся Ковбой и взял из коробки последний кусок пиццы, ничуть не брезгуя грязной обувью Соколова, лежащей от него в непосредственной близости. Откусил и продолжил с полным ртом: — Там такой перелом был, что коленную чашечку раздробило и кость из кусочков собирали. Олега отец в Корею на лечение отправлял, но даже там не смогли полностью вернуть подвижность, вот он и хромает теперь. Вряд ли он это забыл и с удовольствием отомстит Лазареву таким способом.

— Каким? — севшим голосом спросила я, догадываясь после его рассказа, что ничего хорошего меня не ждет и в лучшем случае мне, руководствуясь принципом «око за око» сломают ногу.

Матвей встал и неторопливо прошел к одному из ящиков с алкоголем, достал оттуда бутылку виски. С характерным бульканьем поболтав ее содержимое, вернулся к столику и уселся на скрипнувший под его весом диван.

— Он вряд ли оставит тебя в живых, — будничным тоном ответил Соколов, а я судорожно сглотнула, понимая всю серьезность произнесенной фразы и то, что это не было шуткой или способом меня запугать.

То, как просто он об этом сообщил, наводило на мысли, что для каждого из них убивать не в новинку и когда от Земскова поступит соответствующий приказ, они его выполнят, не раздумывая слишком долго.

— Тогда почему я еще жива?

— Ну, цыпа, ты ж юрист, разве не догадываешься? — поднял брови Ковбой.

Он дожевал пиццу и теперь с удовлетворением наблюдал, как Соколов неспешно разливает янтарную жидкость из бутылки в два прозрачных пластиковых стаканчика.

— Потому что любая ваша экспертиза покажет, посмертно от тела отрезали конечности или прижизненно. И в первом случае твой Лазарев вряд ли захочет помогать Олегу, — подсказал Матвей то, что мне, изучавшей когда-то судебную медицину, почему-то и в голову не пришло.

Интересно, Дэн тоже это понял? Или надеется, что отказ от помощи Безуглову позволит меня спасти?

Не став продолжать этот тяжелый разговор, я вернулась к окну и, усевшись на край подоконника, оперлась спиной о пластиковый откос. Долго невидящим взглядом смотрела в темноту, не понимая, что делать дальше. Я впервые оказалась в ситуации, в которой моя собственная жизнь от меня не зависела.